Книга Сердце вне игры, страница 148 – Нира Страусс

«Поцелуй ее при первой возможности».

Единственный совет.

И чего я добился? Того, что от меня отворачиваются.

Я даже винить ее не могу. Все, что она сказала, – правда, и я, кажется, еще ни разу в жизни не чувствовал себя более никчемным, чем в тот момент, когда блеск в ее глазах угас и она поняла, что мне нечего сказать ей в ответ. Она только что раскрылась передо мной, чем-то уязвленная и поломанная так, что мне страшно захотелось впитать хотя бы половину того, что она чувствует; поверить, что мои объятия смогут утешить ее, что бы там с ней ни происходило. Ведь то, что я увидел, никак не могло объясняться провалом с поступлением в университет или разрывом с парнем.

Лювия все проживает с невероятной интенсивностью, но так сломаться? Она намного выше этого, она всегда казалась мне непобедимой, неудержимой.

С другой стороны, сомневаюсь, что мне когда-нибудь выпадет второй шанс хоть что-то об этом узнать. Она доверилась мне, приоткрыла ту часть себя, которую обычно прячет за своими фальшивыми улыбками, а я… что я дал ей взамен?

Неудачную попытку поцелуя и детский лепет?

Черт, я не смог устоять. Когда она оторвала от моей груди лицо и подняла на меня взгляд, ресницы ее были мокрыми, а щеки – в красных пятнах от слез. Уголки ее губ опустились вниз, будто все эти эмоции скопились в них, потянув к земле. Не лучший момент в ее жизни. Но мне она показалась прекрасной.

К тому времени в голове у меня звенело уже столько тревожных звоночков, что я просто перестал их различать. Сдался и отключил их. Действовал, повинуясь инстинктам. И облажался.

Я ненавижу в себе это: то, что не могу контролировать, панику, которая охватывает меня от макушки до пяток, когда я чувствую, что ситуация выходит из-под контроля. Обычно мой разум похож на футбольное поле. И я знаю, где играю я, кто мои товарищи по команде, где находятся их позиции, я успел изучить своих соперников и хорошо представляю, что нужно делать. Все динамично, понятно и легко.

Но когда меня настигает это дерьмо, я теряю способность ясно соображать. Все мои мысли испаряются. Я вдруг остаюсь один на незнакомом игровом поле, а из-под земли внезапно вылезают толстые черные корни, обвиваясь вокруг моих ног. И я не могу сдвинуться с места. Превращаюсь в препятствие для самого себя.

Я знаю, как это называется. Это определение сказал моей бабушке психолог вскоре после гибели моих родителей.

Ментальный блок.

Считается, что это – один из механизмов выживания, но только не для меня: в моем случае он только и делает, что гробит мою жизнь. Те чувства, с которыми другие вполне справляются, для меня – пули, от которых я вынужден уворачиваться. Они, как бы я ни старался от них укрыться, все равно таятся где-нибудь в засаде и выжидают, выжидают, выжидают… их час все равно настанет.

Спорт здорово мне в этом смысле помог. Я сжигаю энергию и одновременно ее получаю; мне удается держаться подальше от опустошения и апатии, что навалились на меня в детстве. Я почти никогда не страдаю социофобией, разве что изредка, в отдельные моменты, да и вообще страшно горжусь своими успехами в универе. Я смог завести друзей, выйти из зоны комфорта. В общем, старался быть тем парнем, который засыпает без угрызений совести.

Но этого, кажется, невозможно добиться, если у тебя за душой – неоплаченный счет.