Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 847 – Василий Цветков

Мне до сих пор неизвестно международное положение монгольского вопроса, который к настоящему времени безусловно уже обсуждался в дипломатических сферах и по которому, особенно соседние державы должны были бы принять определенное решение. Для нас русских, волею судьбы сделавшихся освободителями Монголии, это очень важно. Буде принято иностранными державами решение признать самостоятельность Монголии, хотя бы даже под видом автономии, и которой Китай не будет держать и посылать сюда свои войска, будут определены границы государства, то и наше положение более или менее удовлетворительное. Иначе – мы принуждены будем вести борьбу и с китайцами и с большевиками, которые безусловно уже почувствовали угрозу им из Монголии.

Выступление же наше из Монголии, при неопределенном международном положении последней, для нас чревато весьма тяжелыми последствиями – мы вновь будем лишены базирования и можем действовать только как партизанские отряды. О широком стратегическом фронте не может быть и речи. С другой стороны, нахождение наших вооруженных отрядов на территории хотя бы даже самостоятельной Монголии выдвигает вопрос или нашего ухода, или нашего разоружения, или же нашего принятия в полном составе, хотя бы временно на монгольскую службу. Иначе большевики безусловно вправе считать себя на положении войны с Монголией, что вряд ли интересно монголам и, конечно, нам. Это, конечно, теоретическая законная сторона вопроса. Практический выход один, – уйти на русскую территорию и бороться с большевиками, так как монгольская независимость нас может пока интересовать постольку, поскольку мы на ее территории можем сорганизоваться.

Об организационном выступлении я имею Ваш приказ № 15, но ввиду того, что там не могло быть сказано все, крайне важно знать более подробно указанный в приказе политический план и те силы, посредством которых этот план приводится в исполнение. Из приказа же я усматриваю, что это как будто предварительное распоряжение для самостоятельных выступлений отдельных, партизанского характера, отрядов, почему меня интересуют вопросы как главного командования, так и общего командования, в частности на Монгольском театре. Имея же в виду, что по опыту прошлых лет освободительного движения, частные несогласованные выступления не приводили к желательным результатам, я полагаю, что на нашем фронте объединяющим центром как военным, так и политическим, должна быть Урга. Вероятно в этом направлении у Вас и имеются директивы, так как Урга и Вы наиболее близки к Дальнему Востоку, где сохранились наиболее крупные части бывшего освободительного фронта.

Таким образом, для действительного выяснения себе дальнейшей работы, я прошу Вас меня ориентировать: 1) в положении Монголии, как государства; 2) в правовом положении наших отрядов, в смысле их роли в жизни Монголии; 3) в общем плане начатой вновь политической и военной борьбы с коммунизмом и 4) в вопросе об едином командовании на вновь образующемся освободительном фронте. Конечно, безусловно важно также знать хотя бы периодически в настоящем и вкратце за прошлое с нового 1921 года общеполитические события, как в Советской России, так и в жизни иностранных государств, особенно на Востоке, и в частности, отношение Японии к нашим начинаниям, так как китайские власти в Чугучаке ничего не пропускали.