Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 568 – Василий Цветков

Власть поддерживала кооперацию, когда видела в ней выгодного партнера при производстве закупок и поставок перед частным капиталом, но отнюдь не была склонна к поддержке политических требований кооперации. В составе Особого Совещания так и не начал функционировать кооперативный отдел, о чем говорилось во время встречи кооператоров с Деникиным (23 октября 1919 г.). Несмотря на заявления Особого Совещания о широком сотрудничестве правительства с кооперацией («Правительство Добрармии будет оказывать кооперации всяческое содействие и, в случае равных условий, будет оказывать ей предпочтение перед частными предпринимателями…, предполагается использовать кооперативные организации при распределении прибывающих товаров из-за границы для того, чтобы избежать спекуляции»), в действительности наладить тесного взаимодействия не удавалось^[918]. Реквизиции, конфискации существенно отражались на экономическом положении южнорусских кооперативов. Но и в этих условиях работа кооперации в целом и особенно кооперации сельскохозяйственной, была весьма велика и полезна.

В 1919 г. продолжались процессы, обозначившиеся в структуре кооперации еще до 1917 г. Продолжалось создание кооперативных союзов, охватывавших не только местные уездные или губернские рынки, но и целые районы Юга России. Так, большую сеть торгово-закупочных, кредитных и сельскохозяйственных кооперативов имели Харьковский «ПОЮР», Кубано-Ставропольский «ЮВОСС», «Кубсоюз», киевские «Днепросоюз» и «Споживач». В условиях, когда государственный аппарат снабжения села необходимыми товарами почти отсутствовал, а частные торговцы преследовали спекулятивные цели, сельская кооперация являлась практически единственным источником для крестьянства в получении сравнительно дешевых семян, удобрений, сельскохозяйственного инвентаря, запасных частей к сельскохозяйственным машинам, топлива, мануфактуры и др. Совместно с земствами кооперативы принимали участие в борьбе с эпидемиями и эпизоотиями.

Проведение самостоятельных закупочных операций на селе, внешнеторговая деятельность кооперативов (особенно на Кубани и Ставрополье, Новороссии, издавна ориентированных на вывоз сельскохозяйственной продукции) позволяли им значительно увеличивать основные и оборотные капиталы, хотя из-за отсутствия полного объема статистических данных составить исчерпывающую картину оборота капиталов у конкретных кооперативов Юга России весной – осенью 1919 г. не представляется возможным. Кооперативы Ставропольской губернии, Харьковской, Киевской, Полтавской губерний оказывали помощь в снабжении продовольствием формировавшихся в тылу запасным батальонам Добровольческой армии, строевым частям на фронте^[919]. Отмечая это, следует, однако, помнить и о заинтересованности кооперативов, с одной стороны, в подчеркивании своих заслуг перед армией, а с другой – в чисто коммерческих интересах получения выгодных правительственных заказов для снабжения фронта.

Наконец большое значение имела культурно-просветительская деятельность южнорусской кооперации. Открывались новые сельскохозяйственные курсы, школы, училища. Кооперативные печатные органы (газеты, журналы) были широко распространены на Юге России. В целом кооперативное движение становилось сильным и действенным фактором в повседневной жизни южнорусского села, с влиянием которого считаться было необходимо любой власти.