Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 483 – Василий Цветков

К осени 1919 г. Союз РНО уже имел в своем составе 10 общин в различных городах белого Юга. В докладе Шацкого отмечалось, что Союз «представляет из себя как бы мост для сближения умеренных монархистов с крайними правыми организациями». Нельзя не признать, что Союз РНО имел хорошие перспективы, чтобы стать надпартийной структурой (конкурирующей со СГОР, ВНЦ и СВР), но с определенно монархической ориентацией. Не ограничиваясь исключительно политическими вопросами, Союз предпринял попытки организации собственного вооруженного подразделения, аналогичного Дружинам Святого Креста и Зеленого Знамени в Сибири. Им должен был стать т. н. Легион Святейшего Патриарха Тихона, вся деятельность которого строилась на основе объединения христианской нравственной и военной традиций. Однако данное формирование не получило поддержки со стороны Военного Ведомства, опасавшегося появления подобных, не имеющих формального статуса воинских частей, и так и не было создано.

Другой, хотя и менее многочисленной, но достаточно популярной (правда, скандального, националистического характера) организацией на Юге России стала Всероссийская Народно-Государственная партия (ВНГП) во главе с В. М. Пуришкевичем, депутатом IV Государственной Думы Н. Н. Ладомирским и графом Граббе. ВНГП составила свою программу, устав и зарегистрировалась в судебной палате. 25 июня 1919 г. в г. Кисловодске было принято программное обращение со своеобразным наименованием: «Несколько слов правды Русскому народу». Резкое обличение политики «самозваной шайки грабителей во главе с Керенским сопровождалось не менее категоричным утверждением того, что теперь «Народ Русский» «почуял всю ложь, весь обман посулов и обещаний тех, которые столкнули его с прямой, русской дороги». И хотя «русская бюрократия последних лет царствования Императора Николая II» отличалась «эгоизмом, себялюбием и дух личных благ и карьеры заглушал в ней сплошь и рядом сознание долга перед Царем и народом… тормозила экономическое, культурное и духовное развитие русского народа», однако «она не была еще преступной в корне», и ее «проступки искупались всем тем хорошим, что исходило с высоты Престола». Борьбу с революцией повела «небольшая офицерская рать, объединяя вокруг себя славное казачество и ничтожное количество верных долгу дисциплины солдат», выступила «на борьбу с гасителями русского духа, во имя защиты веры, родной земли и чистых идеалов государственности».

В скорой победе белых армий у авторов обращения не было сомнений. Гораздо более важным признавалась не вооруженная «победа над большевизмом», а послевоенное государственное устройство России. По мнению лидеров партии, главная опасность исходила не от социалистических партий, авторитет которых после провала советской политики почти исчез, а от «ни холодной, ни горячей, а духовно теплой», конъюнктурно менявшей свои политические позиции «партии народной свободы», «принявшей новое название в целях заманить к себе народные массы под флаг партии Национального Центра». Уместно отметить, что вопреки политическим тенденциям 1918–1919 гг., направленных на консолидацию партийных сил на антибольшевистской платформе и создание межпартийных и надпартийных объединений, ВНГП отстаивала свои самостоятельные политические позиции, стремясь противостоять ведущей политической партии Белого движения – кадетской. ВНГП декларировала принцип «новой» партии, которая «сумеет стать выше сословных, классовых и имущественных интересов», провозглашает лозунги «Царь, Церковь и народ» («Православие, самодержавие, народность» – в интерпретации «теории официальной народности»). «Создаваемая партия носит название народной, ибо имеет целью служить прежде всего простому народу, и называется государственной, ибо ставит задачей сохранение в целости русской государственности, корни коей подточены ядом социалистических учений»^[761].