Книга Странное происшествие в сезон дождей, страница 117 – Виктория Платова

— Отчего же, я спросила об этом напрямую. Но она отделалась шуткой. Что-то вроде: я подвожу итоги, Анн… Но я и представить себе не могла, что шутка окажется пророческой. Она, я думаю, тоже.

— Среди гостей оказались и случайные люди…

— Вы имеете в виду русскую?

— И русскую тоже. А также Магду. Не думаю, что покойная так уж жаждала увидеть на своем празднике жену бывшего любовника.

— Ей было все равно. В худшем случае она отнеслась к этому с иронией.

— А молодой англичанин? Как он оказался здесь?

— Кристиан? Он приехал по приглашению Шона. Вроде бы это его старый друг…

— А что вы можете сказать о самом Шоне?

— Только одно: маленький несчастный дурачок. Шон — единственный, кого я знала задолго до того, как приехала сюда. Кроме Даша и детей, разумеется… Он был представлен мне три года назад, уже как муж и новоиспеченный отец. Тогда еще вся семья жила в Гане…

— Это где-то в Африке?

— Где-то там, да.

— А пустыни в Гане имеются?

— В классическом понимании — нет. Саванны с засушливым климатом, но меня они интересуют мало.

— А личная жизнь вашей подруги? Она вас интересовала?

— В классическом понимании — нет.

— И вы не были удивлены таким… эксцентричным выбором?

— Что вы имеете в виду?

— Только то, что супруг убитой был намного моложе ее…

— Ну и что? Я нашла ситуацию пикантной, не более того. К тому же молодой человек казался мне искренне влюбленным. Что совсем не удивительно. Удивительным было другое… Шон — самый обычный парень, без особых талантов. На фоне всех прошлых любовников Даша он выглядел настоящим пигмеем.

— Маленьким несчастным дурачком.

— Именно.

— И тем не менее она выбрала его…

— Я скажу вам одну вещь, хотя это может прозвучать нелепо. И относится к области моих догадок… Думаю, в этом выборе участвовал еще кое-кто…

— Кто же?

— Возможно, местные ганские колдуны, Даша водила с ними дружбу.

— Она была суеверна?

— В привычном понимании этого слова — нет. Но она много лет прожила в Африке и любила ее…

— Я это уже понял по дому.

— А жить в Африке и не верить в сверхъестественное нельзя. Она сама мне об этом говорила.

— Шон и есть сверхъестественное?

— Без Шона Лали никогда не появилась бы на свет. Именно Лали, а не какая-нибудь другая девочка или мальчик…

— Э-э… Так он был нужен только для зачатия этой супер-пупер-девчонки? Подванивает цинизмом, вы не находите?

— Я этого не сказала.

— Вы намекнули, а я лишь продолжил вашу мысль.

— Все намного сложнее…

— Ну конечно.

— Мне жаль Шона… Зимой в Гане дует харматтан, очень жаркий, сухой и пыльный ветер. Он несет песок из пустынь, и песок этот забивается в легкие, забивается в рот… Если харматтан застал тебя где-нибудь на открытом месте, без средств защиты — смерть от удушья почти неминуема. Боюсь, что Даша стала для Шона таким вот харматтаном…

— А если отбросить ненужные красивости?

— Шону встретилась женщина, которая не могла принадлежать ему по определению. И он имел неосторожность полюбить ее… Вернее, я назвала бы это роковой страстью, справиться с которой может только смерть.

— Чья?

— Одного из двух. Что, собственно, и произошло. А если бы даже не произошло… Даша рассталась бы с ним в самое ближайшее время. Она сама сказала мне об этом несколько дней назад.

— А ему?

— Я не знаю.

— А кому-нибудь еще?

— Зазу тоже слышал наш разговор.

— Зазу — который и есть вы? Не считается.

— Возможно, он начал подозревать… Возможно, поэтому пригласил своего друга. Чтобы тот поддержал его…

— В отношениях с женщиной, которая собирается его бросить? Маловероятно. Что за сцену Шон устроил вчера в саду?

— Он напился и попытался выяснить отношения с женой.

— Публично?

— Они начали ссориться во время фейерверка, который устроил Ян. Фейерверк был прелестен, но слишком уж громок, так что большую часть скандала никто не слышал. До нас донеслись лишь отголоски.

— До вас с Зазу?

— Думаю, до всех остальных тоже. Шон даже попытался ударить Даша.

— Попытался или ударил?

— Все получилось крайне нелепо. Шон не из тех, кто выясняет отношения на кулаках. И он всегда казался мне уравновешенным молодым человеком. А тут… бездарная неврастеническая пощечина… Как будто в самый последний момент он передумал, сломался, но отвести руку не удалось. Удар получился совсем не сильным, у Даша он вызвал лишь улыбку.

— Ничего смешного я не вижу.

— Я тоже. Но Шон сам испугался не на шутку. Еще до того, как к нему подскочили Ян и Кристиан. И Иса… Если бы вы видели, как мальчик смотрел на своего отчима!

— Могу предположить.

— Не можете. Иса очень привязан к матери. Я бы тоже назвала это разновидностью роковой страсти…

— Давайте не будем нагнетать.

— Мальчик готов был испепелить Шона, какое уж тут нагнетание! Он выкрикнул что-то…

— Что именно?

— Как раз в этот момент разорвалась очередная петарда, так что я не расслышала, увы. Все вокруг искрилось и вспыхивало, и мне почудилось, что из пальцев Исмаэля вылетела молния. Ощущение не из приятных.

— Чем завершился инцидент?

— Ничем особенным. Все затихло само собой, стоило только Даша улыбнуться и успокоить их обоих — мужа и сына. Но неприятный осадок остался.

— Что было потом?

— Потом, хвала всевышнему, фейерверк кончился. Шон продолжил тупо напиваться в дальнем углу сада. Во всяком случае, без бутылки я больше его не видела. На какое-то время он исчезал, но потом появлялся снова, пока не надрался окончательно. И не успокоился на детских качелях. Мы несколько раз сыграли в китайскую рулетку, затем в крокодила… Это такая игра, где показывают слова… Послушали игру Исы на саксофоне… Все было очень мило.

— И покойная все время оставалась в поле вашего зрения? Не уединялась ли она с кем-нибудь из гостей? Или с мужем?

— Периодически исчезали все. Кто-то отправлялся за спиртным, кто-то уходил по естественным надобностям, но тут же возвращался… Некоторое время отсутствовал Иса — он как раз укладывал спать сестру. Но на китайскую рулетку собрались все. За исключением Магды и нашей русской гостьи.