– Здесь? – спрашивает Ричард. Уилл кивает головой.
– Вам тоже туда? – спрашивает за их спинами незнакомый приглушенный голос. Уилл и Ричард резко оборачиваются: позади них стоит высокий молодой темноволосый мужчина, одетый почти так же, как и музыкант: бейсболка, солнцезащитные очки, капюшон худи.
Только Ричард в темно-синих джинсах, а незнакомец – в серых. Зато оба в белых кроссовках.
Ричард молчит – его, как и всегда, обуяла мания преследования: вдруг незнакомец узнал его? Может быть, это очередной папарацци, который следил за ними? Может быть, это ненормальный поклонник – такой же псих, как тот, который пырнул Гектора ножом в живот?
– Туда, сэр, – вежливо говорит Уилл, который в отличие от музыканта не теряется. – Вы тоже хотите туда попасть? Или... вы хозяин?
– О нет, – глядя не на Уилла, а на Ричарда, осторожно отвечает незнакомец. – Я гость. Незваный, – зачем-то уточняет он.
– Мы тоже, – хмыкает Уилл. – Не совсем желанные...
– Я к рыж... кхм... Санни Ховард. А вы?
– И мы, – зачем-то кивает Уилл, потому что понятия не имеет, как зовут рыжую и брюнетку. – Вы знакомы?
– Более чем. Вы тоже? – любопытствует незнакомец.
– Тоже, – растягиваются губы помощника менеджера в улыбке. Где-то внизу вновь слышатся тихие шаги.
– Она вас тоже подставила? – спрашивает вдруг темноволосый, и Ричард понимает, что его спокойствие – напускное.
– Можно сказать и так, – задумчиво говорит Ричард, имея в виду телефон.
– Я звоню, – зачем-то предупреждает всех Уилл. Его палец тянется к старомодному звонку, однако дверь резко распахивается, едва не ударяя его по носу. За порогом стоит рыжеволосая девушка – та, которую Ричард видел в парке. За ее спиной маячит та самая ненормальная, которая узнала в нем Сладкого. Рыжая удивленно смотрит на всех троих, а потом внезапно дергает незнакомца за руку и говорит тихо, но уверенно:
– Быстро заходите внутрь!
– Что? Просто отдай мне телефон. Я потерял его в парке и...
– Отпусти, – в этот же момент рявкает брюнет. – Какого черта ты вообще разослала снимки?! Решила отомстить или?..
Он резко замолкает и оглядывается на Уилл и Ричарда – понимает, что сболтнул лишнее. Рыжая закатывает глаза.
– Что за идиот? – спрашивает она сама у себя и вновь упрямо тянет его за руку в квартиру.
– Заходите скорее! Внизу журналист с камерой.
Эти слова действуют на всех троих самым волшебным образом. Они моментально оказываются за порогом, и дверь захлопывается в тот самый момент, когда на лестничной площадке появляется мужчина с камерой, хорошо знакомый темноволосому, – судя по его крепким выражениям.
Ричард стоит в узкой полутемной прихожей, которая кажется тесной из-за такого количества человек, и на него восторженно пялится та самая черноволосая девица.
– Пришел все-таки, – говорит она и добавляет ехидно: – Сладкий.
Твоя драма подходит к концу.
И ты – сама безупречность.
Сейчас.Для меня. Танцуй.
Я падаю.В бесконечность.
Глава 17. Корона из кленовых листьев
Слабым не дается познать глубины ни зла, ни добра.
Глава 18. Кольца из стекла и дыма
Даже в пору почти беспечной юности Елена никогда так не ждала новых сообщений и звонков, как в последние недели. Теперь же она с болезненным удивлением и тревогой понимает, что они стали для нее слишком важны. Она зависима от своего телефона. Не выпускает его из рук, то и дело глядя в экран – не пришло ли новое сообщение в мессенджере? Она ложится спать, пряча телефон под подушку, а когда встает, то первым делом хватает его и, сонно щурясь, читает новые сообщения. Благо, что у них с Аароном раздельные спальни – у каждого свои апартаменты. Да и бывает муж дома слишком редко, в последние дни даже ночует в офисе компании. Слишком много дел. Слишком мало времени. Особенно на Елену. Но если раньше она переживала, хоть и не показывала вида, то сейчас ей все равно. У нее есть Чет.
Сейчас Елене нужно собираться на ужин, который пройдет в особняке Мунлайтов. Но она, сидя за изящным туалетным столиком в атласном алом халатике, то и дело откладывает кисть для румян и берет в руки телефон. Елена ждет сообщение от Чета, который куда-то пропал на целых пятнадцать минут. В овальном зеркале отражается ее красивое лицо с правильными чертами, обрамленное светлыми волосами, – прическа уже готова, осталось лишь завершить макияж. И выражение ее лица какое-то пустое. Однако стоит загореться экрану телефона, как на лице Елены появляется улыбка, которая моментально делает ее красивее.
«Прости, что долго не отвечал, были клиенты», – пишет Чет. Сейчас он на работе в баре. Елена прекрасно знает его распорядок дня.
«Я скучаю, ангел. Когда мы снова встретимся?» – спрашивает он.
«Когда он уедет».
Он – это ее муж. Аарон.
«И когда это случится?»
Елена быстро печатает:
«Через два дня. Тогда... »
Допечатать она не успевает – слышит, как почти беззвучно раздаются шаги. Тут же прячет телефон в кармане халата и хватает кисть. Когда Аарон, уже полностью готовый к поездке и, как всегда, безупречный, входит в спальню Елены, она с отсутствующим видом наносит под скулы румяна.
– Ты еще не готова? – слегка удивленно спрашивает Аарон.
– Почти, – не поворачиваясь, отвечает Елена.
– Ты же знаешь, отец не любит, когда опаздывают, – мягко напоминает он, вставая позади нее.
– Финальные штрихи, – говорит Елена – кисть порхает по ее скулам. – Я быстро оденусь.
Аарон замечает висящий на передвижной вешалке-стойке наряд, который Елена приготовила заранее. Это коктейльное короткое платье нежного льняного цвета из последней коллекции любимого дизайнера Елены, с которым у нее сложились отличные отношения – она получает приглашения на его показы одна из первых. «Ванильный одуванчик» – так назвал цвет этого платья кутюрье, и хотя Елена не очень любила оттенки желтого, вдруг поняла, что это платье чудесно. Рядом стоят кремовые «лодочки», которые вновь вошли в моду.
– Ты хочешь надеть это платье? – спрашивает Аарон, касаясь рукой тончайшего нежного материала.
– Да, – отвечает Елена.
– Думаю, было бы лучше, если бы ты надела что-то более сдержанное, – говорит ее муж.
Внутри у нее появляется знакомая волна нежелания покоряться его воле, но Елена отлично держит себя.
