Книга Войны прошлого и будущего, страница 2 – Игорь Прокопенко

Михаил Горяйнов вместе с братом в той саперно-трофейной команде находились, что называется, на добровольных началах. Мальчишки работали, по сути, за еду, ежедневно рискуя жизнью. Ни в какие списки их не вносили.

К началу 1944 года стало ясно, что ни армейские саперы, ни вспомогательные трофейные команды не в состоянии в сжатые сроки очистить освобождаемые территории от мин.

Военкоматам была дана команда на неделю-другую привлекать к разминированию мужчин, работавших в ближайшем тылу и имевших бронь. Но у тех перспектива обезвреживать смертоносные устройства особого восторга не вызывала — лучше уж на передовую…

Фронт уходил все дальше и дальше. А в тылу надо было в срочном порядке очищать землю от взрывоопасных предметов и искореженной боевой техники, чтобы безбоязненно пахать и сеять. Без этого восстанавливать разрушенное хозяйство, накормить голодающий народ было невозможно. Мужчины были на фронте, на оборонных предприятиях. Стариков и женщин на разминирование не посылали. Оставались подростки.

Ситуация складывалась непростая. И 19 февраля 1944 года по инициативе председателя Государственного Комитета обороны Сталина вышло Постановление № 5216 «О привлечении организаций Осоавиахима к работам по разминированию».

Осоавиахим — Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству. Добровольная общественная организация. В довоенные годы в ней обучали допризывную молодежь основам военного дела.

Весной 1944 года в населенных пунктах Курской и соседних областей появились листовки, распространенные Осоавиахимом. Вот в таких обращениях подростков не только призывали принять участие в работах по разминированию, но и предупреждали, с чем им предстоит столкнуться:

«Помни о коварстве врага — о ловушках, «сюрпризах», повсюду разбросанных врагом. Осторожно обращайся с ними».

Предупреждение было совсем не лишним. С 1930-х годов немецкие минные технологии были самыми совершенными. В ходе войны появились новые образцы мин со сложнейшей защитой от разминирования или вообще установленных «на неизвлечение».

Желающих записаться в минеры по призыву Осоавиахима оказалось много. Ведь многие мальчишки бредили фронтом, а их — по малолетству — не брали. А тут шанс проявить себя, заняться серьезным делом — очищать землю от смертоносных начинок.

У подростков, опухших от недоедания, были и другие причины идти в команды саперов. Там точно не грозила смерть… от голода.

Кормить команды юных саперов должны были поселковые власти, колхозы и совхозы. Меню особым разнообразием не отличалось. Настоящим праздником была тушенка, которой изредка баловали юных саперов.

Команды «разминеров», как их тогда называли, формировались не только из добровольцев. Ребят призывали и через те же военные комиссариаты. В конце 1943 года получил повестку и Виктор Себелев.

Виктор Себелев после изгнания немцев работал парикмахером. На руках пятнадцатилетнего парня были мама и младший брат. В начале апреля 1944-го пришла похоронка на отца. Оказалось, он воевал в Курской области — совсем рядом. Погиб, по сути, на родной земле.

В набранных саперных командах занятия в среднем проходили пять недель, в день по три часа. Главный предмет — разминирование. Но глубоко вникать в тему времени не было.

Дмитрий Гридасов полтора года прожил в оккупации. Вблизи деревни проходила линия фронта. Однажды на глазах у паренька эсэсовцы штыками добивали раненых красноармейцев. После этого случая Дмитрий поклялся мстить ненавистным захватчикам, пока бьется сердце.

Азам разминирования мальчишек учили саперы-фронтовики: офицеры и сержанты. Некоторые из них потом возглавили команды. Но профессионалов не хватало. Поэтому толковых ребят готовили как инструкторов и назначали старшими групп разминирования.

Когда дошло до дела, некоторых мальчишек отчислили. Они не могли перебороть свой страх.

Сапер обезвреживает немецкую мину

Тех, кто прошел курс подготовки, чуть ли не на следующий день отправляли на разминирование. Приходилось обезвреживать хитроумные взрывные устройства, оставленные немцами. Подобные вот такому: под ведром мяукает испуганный кот. Кто-то услышит и поднимет ведро. Кот бросится наутек. А привязанная к нему проволока выдернет чеку, приведя в действие взрыватель мины…

Потери в командах саперов начались с первых дней работы. Только в июне 1944 года в Курской области подорвались 30 подростков-минеров. А Москва торопила. Надо было завершить разминирование территорий к началу весеннего сева 1945 года.

Вероятнее всего, объем работ по разминированию в тот период мало кто представлял. Это сейчас известно, что в Курском сражении, например, на каждый МЕТР фронта приходилось 3–5 мин!

Каждый день приносил сообщения о взрослых и детях, которых калечил и убивал смертоносный металл, притаившийся под ногами.

…И сегодня Михаил Горяйнов в мельчайших деталях помнит тот день. Он, пятнадцатилетний мальчишка, держит в руках боевую немецкую мину. Страха не было. Страх пришел позже. А сейчас только неприятное ощущение холодного металла, готового в любую секунду разорваться сотнями осколков. Мальчишеское любопытство сменялось сомнением: смогу или не смогу? Мелькнула мысль: а если мина с «сюрпризом»? Но в следующий момент туго подался взрыватель. Миша замер. Все было тихо. Ничего не произошло. Мина-убийца обезврежена. Эта смертельная игра длилась всего несколько секунд. Потом эта же операция повторилась много раз.

Этих наспех обученных саперному делу пацанов и девчонок в стране было 150 000. От Карелии до Северного Кавказа их направляли на разминирование огромных территорий, нашпигованных минами, неразорвавшимися бомбами и снарядами. Шел 1944 год.

Сколько их погибло при разминировании освобожденных территорий — ни тогда, ни сегодня точно не знает никто. Скольким их работа помогла избежать гибели — сосчитать невозможно.

Из отчета Курского областного управления Осоавиахима о проделанной работе по разминированию в 1944–1945 годах:

«Подрыв гражданского населения: в 1944 году убито — 140 человек, ранено — 99 человек. В 1945 году убито — 73 человека, ранен — 31 человек. Итого за 1944–1945 гг. убито — 213 человек, ранено — 130 человек».

Председатели колхозов и директора совхозов буквально стояли в очереди, чтобы перехватить освободившуюся команду мальчишек-саперов и привезти к себе в хозяйство.

Мальчишек распирало от гордости. Их так ценили! Они были нужны! Конечно, дело опасное… Так ведь потому и уважают! Но был и страх.