Онлайн книга «Чужая невеста»
|
Борис снял очки, спрятал их в футляр и выразительно посмотрел на меня, как бы пытаясь повнимательней изучить мои эмоции. Горло мгновенно сдавило. Дмитрий уже хотел выйти из машины, но Бабай его остановил: — Оставайся здесь. Мы сами, — он достал зонт, что лежал за нашими сидениями и вышел на улицу. Я тоже поспешила выйти. Над кладбищем сгустились тучи. Борис смерил меня еще одним изучающим взглядом, затем молча предложил свой локоть. Я так же молча приняла его, мысленно представляя себе, как укрываюсь под мощным крылом Бабая. Сердце стучало так быстро, так больно и тяжело. Казалось, что оно прижало лёгкие к ребрам, не давая мне нормально дышать. Если бы Борис сразу сказал, куда мы едем, существовал риск, что я откажусь. Потому что всё внутри поутихло, и я банально испугалась бы. Эмоции не позволили бы поставить финальную точку. — Не нужно будет сюда постоянно приезжать, — тихим спокойным голосом произнес Бабай. — Раз уж взяла курс в будущее, оставь всё прошлое. Попрощайся, чтобы навсегда закрыть этот гештальт. Я только кивнула, потому что сказать хоть слово сейчас физически никак не могла. А когда увидела могилы родителей в мыслях возникла застывшая пустота. Слёзы неконтролируемо заструились по щекам, собираясь на подбородке и срываясь на светлую ткань блузки. Бабай не отошел в сторону, остался стоять рядом со мной. Его присутствие помогало и не позволяло уйти с головой в эмоции. Я ни разу не всхлипнула. Просто беззвучно плакала, принимая реальность такой, какая она есть. Без прикрас и жалости. Это было слишком больно, чтобы вот так сразу взять себя в руки и надеть маску тотального спокойствия. Я вспомнила Прокурора. Он за всё поплатится. «Когда наступит момент, каждый расплатится за содеянное». Кажется, именно так сказал мне Борис. Я буду ждать этого момента. Терпеливо. Холоднокровно. Буду строить свою жизнь и жить всем на зло. Вдруг начал накрапывать мелкий дождь. Послышался далёкий приглушенный рокот грома. Бабай открыл зонт, скрывая нас под его широким чёрным куполом. Я стёрла с лица слёзы. Борис не давил на меня, не успокаивал и не подгонял. И за это я ему была бесконечно благодарна. Выровняв дыхание, я в последний раз посмотрела на могилы, затем глубоко вздохнула и произнесла: — Можем идти. Бабай кивнул. Мы направились обратно к машине. — Спасибо. Мне это нужно было. — Я знаю. Дождавшись, когда мы тронемся с места, я провела кладбище прощальным взглядом и направилась в свою новую жизнь. * * * Несколько месяцев спустя… Вал выбросил бычок в урну, глянул на свой припаркованный мотоцикл и поспешил подняться по ступенькам, что вели в офис Прокурора. Мутило лишь от одной мысли, что нужно встретиться с этим типом. Валу совершенно не был близок взрывной темперамент Германна. К тому же этот ублюдок несколько раз пытался прикончить его брата, что лишь усугубляло ситуацию. Вал не умел лицемерить. Но работа обязывала. Германн сидел у себя в кабинете и вальяжно раскуривал дорогущую сигару. Всю эту мишуру Вал мысленно называл «вонючими понтами». — Бабаевский пресс-секретарь пожаловал, — Прокурор издевательски хохотнул и убрал со стола ноги. — Время идет, Валерчик, а ты всё послушной собакой возле ног братца вьешься. Не надоело? Вал никогда не мог похвастаться железной выдержкой, которой обладал его старший брат. Кулаки часто чесались, чтобы врезать кому надо в челюсть. Врезать так, чтобы услышать хруст костей. Своих или чужих — неважно. Это определенно помогло бы выпустить пар. |