Онлайн книга «Игрушка Ворона»
|
Когда я осталась одна, то, долго не раздумывая, начала мыться. Чувство беспокойства иглой засело где-то в груди. Это ощущение мне было очень знакомым, оно всегда сопровождало мою грудную клетку, когда с Петей или с Лесей что-то случалось, простуда, например, какая-нибудь. Похоже, теперь я переживала за Вадима так же сильно, как и за своих друзей. Мы явно перешли на новый уровень наших недоотношений. Хорошо это? Плохо? Хрен его знает. Кое-как, но я всё же справилась с купанием, правда, чуть навороченный кран не раскурочила, так как он не хотел мне поддаваться. Но меня так просто не победить и, в конце концов, выпустив воду и сполоснув красивую белоснежную ванну, похожую на чашу, я взяла шмотки, предложенные Воронов. Моему удивлению не было границ, когда я поняла, что вещички-то Вадима: светлая рубашка, пара черных носков и трусы, что на мне больше смотрятся как шорты. Всё приятно пахло порошком и свежестью. Я с таким неописуемым счастьем надевала эти вещи, будто они были для меня самыми дорогими на всём белом свете. Рубашка на мне висела как платье, да и рукава пришлось подкатить, чтобы не мешали. Один носок вечно скатывался вниз, но в целом мне нравилось то, что Воронов не побрезговал поделиться со мной своими вещами. Став у круглого зеркала, что отдельно по бокам подсвечивалось причудливыми лампочками, я принялась пальцами расчесывать волосы. Хотелось выглядеть хорошо, хотелось нравиться Вадиму. На стеклянных полочках, висевших прямо под зеркалом, в ровный ряд стояли всякие флакончики. Единственное, что мне удалось расшифровать из склянок, так это – духи и лосьон после бритья, всё остальное было обозначено на незнакомом мне языке. Взяв флакон с голубоватой жидкостью, я осторожно открыла его и поднесла к носу. Мне будто током торкнуло, когда я узнала знакомый терпкий аромат, который всегда исходит от Воронова. Я даже глаза на секунду закрыла от наслаждения. Подумаешь, духи какие-то там, а что с мозгом делают! Не раздумывая, я брызнула немного на рубашку Вадима, которую он любезно мне дал. Принюхавшись к ткани, я улыбнулась своему отражению как идиотка. Теперь всё на своих местах. Закончив с волосами, я коснулась кончиками пальцев своего правого уха, украшенного сережками в виде колец, которыми я увесила весь хрящик, начиная от мочки. Уже и не помню, когда это сделала, кажется, лет в пятнадцать. Оценив свой внешний вид, я уже хотела выйти, но проклятый носок опять сполз. Матерясь себе под нос, я нагнулась, чтобы поправить его. Из шкафчика, в котором была установлена раковина, торчал кусок бинта. Его оказалось не трудно заметить, учитывая, что я склонилась в три погибели. Дернув за бинт, я тут же его отбросила, когда увидела на другом его конце багровое пятно. Это был не испуг, а скорей реакция, вызванная чувством неожиданности. Открыв дверцу шкафчика, я увидела небольшое ведерко, доверху забитое окровавленными бинтами и ватой. Всё нормально, значит, с ним? Я захлопнула дверцу и уверенно направилась к выходу из ванной. Вернувшись в зал, я уже была готова начать допрос с пристрастием, в ходе которого собиралась встряхнуть Вадима за воротник рубашки и потребовать объяснений. Но он в этот момент с кем-то говорил по телефону. — Пошел он к черту! – стальным тоном обратился Воронов к своему собеседнику и, заметив меня, тут же двинулся в мою сторону. – Не хочет по-хорошему, будет по-плохому. У меня людей достаточно и власти тоже, чтобы «попросить» его оставить пост, - Вадим неожиданно присел на корточки, зажал телефон плечом к уху и аккуратно поправил несчастный носок, который ну никак не хотел уживаться на моей ноге. – Дань, припугни его, или если я начну, то ты меня знаешь, последствия будут самыми плачевными для этого ублюдка, - Воронов провел указательным пальцем вверх по моей ноге и задержался на тонкой полоске шрама над левой коленкой. В детстве свалилась с горки и расцарапала. Взгляд голубых глаз стал серьезным и очень задумчивым, Вадим так странно реагирует на мои шрамы, хотя у самого их куда больше. – Возьми ребят и устрой диверсию у него в особняке, не мне тебя учить, как это делается, - Вадим поцеловал мой почти незаметный шрам и, завершив звонок выпрямился. |