Онлайн книга «Вернулся в прошлое, когда всё ещё стояло»
|
— Погоди, — она взяла его за рукав. Он остановился. Маруся смотрела на него снизу вверх, и в её лице больше не было ни ехидства, ни насмешки. — Извини меня, — сказала она. — Я правда не знала. Зря я так с порога. — Забудь. — Не забуду. — Она вдруг обняла его — крепко, по-свойски, прижавшись щекой к. — Ты только не рассыпайся, слышишь? Он выкарабкается. Виктор стоял, чувствуя её тепло сквозь куртку, и что-то в нём дрогнуло. Он обнял её в ответ — неуклюже, сжато, — и почувствовал, как по щеке скатывается одна-единственная слеза, быстрая и горячая. — Спасибо, — сказал он. — Дурак ты, Нестеров, — прошептала Маруся ему в плечо. — Помнишь, мы в детстве всё по-простому решали? Проблемы были — яблоко на дворе поделить не могли. А теперь вон что. — Всё когда-нибудь становится сложным. — Ну и пусть. Ты всё равно справишься. Ты у нас живучий. Виктор усмехнулся сквозь слёзы и отстранился. Маруся хлопнула его по плечу, шмыгнула носом и отступила к калитке. — Езжай, — сказала она. — А то на автобус опоздаешь.До больницы он добирался на перекладных: сначала автобус, потом маршрутка, потом ещё два квартала пешком под моросящим дождём. Куртка промокла на плечах, но Виктор этого не замечал. Он почти бежал к приёмному покою, лавируя между машинами скорой, каталками и людьми в белых халатах. Внутри пахло хлоркой, лекарствами и чужой бедой. Виктор подошёл к стойке регистрации, назвал фамилию отца. Пожилая женщина в очках долго листала журнал, потом подняла на него глаза и сказала, что Нестеров в отделении травматологии, третий этаж, и что врач сейчас освободится. Он поднялся по лестнице, потому что лифта не дождался. На третьем этаже было тихо и пусто, только из-за одной двери доносился приглушённый говор. Виктор сел на деревянную скамейку у окна и стал ждать. Время тянулось густо, как сироп. Он смотрел на дверь кабинета, на обшарпанные стены, на капельницу, которую провезли мимо, и внутри у него всё сжималось от неизвестности. В прошлой жизни он так и не узнал, что было с отцом. Теперь узнает. И от этого было страшнее, чем от любых догадок. Дверь открылась, и вышел врач — немолодой, сутуловатый, с усталым лицом и седыми висками. Он глянул на Виктора поверх очков. — Вы к Нестерову? — Да. Сын. — Пройдёмте. Они зашли в кабинет. Врач сел за стол, жестом указал Виктору на стул и открыл папку с бумагами. — Состояние у отца средней тяжести, — сказал он без предисловий. — Ушиб головного мозга, закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение. Переломов нет, это уже хорошо. Но за ним нужно наблюдать, поэтому мы его положили. Виктор выдохнул — резко, будто его ударили под дых. — Он… в сознании? — Сейчас — да, но периодически сонлив. Для такой травмы это в пределах нормы. — Врач снял очки и потёр переносицу. — Мне нужны некоторые сведения. Аллергии, хронические заболевания, принимает ли препараты. Ваша мать, наверное, лучше знает. — Я позвоню ей, — сказал Виктор, уже доставая телефон. — Сейчас всё уточню. Он набрал номер. Трубку взяли не сразу, и Виктор уже испугался, что с матерью что-то случилось, но потом в динамике раздался её голос — тихий, но уже не такой потерянный, как утром. Рядом с ней, судя по голосам, были Мария Петровна и Сергей Николаевич. Виктор передал ей вопросы врача, терпеливо, по одному, и мать отвечала, а он повторял доктору: давление у отца шалит, аллергии нет, препараты — от давления, аспирин не любит, язвы нет. Врач кивал и делал пометки. |