Онлайн книга «Обитель лжи и секретов»
|
— Все хорошо! – отозвалась я, хотя понимала, что ни черта не хорошо. Как я смогу соблюдать хотя бы элементарные правила гигиены, если мои руки настолько обожжены, что я не могу их даже в теплой воде помыть? Твою ж мать! Очевидно, мой крик был достаточно красноречивым, потому что, потоптавшись на месте, Тимофей подошел к двери и нерешительно спросил: — Помочь тебе? Помощь мне бы не помешала, это правда, но не парня же просить! Маме я бы доверилась, может, близкой подруге, но не ему. — Я хочу помыться, – повторила я и добавила: – Именно помыться. Полностью, не только руки вымыть. — Я понял, но… ты уверена, что сможешь справиться с этим самостоятельно? Тимофей тоже повторился. Учитывая, что он и до этого задавал похожий вопрос, я предположила, что он знал, насколько мне будет больно мыться с ожогами. Точно, он ведь должен был стать лекарем. Наверное, ему приходилось иметь дело с такими ранениями. Я взглянула в зеркало, висящее над раковиной. Маленькое, пыльное и с трещинами, но в нем прекрасно было видно мое лицо, бледное и измученное, и лицо Тимофея, явно обеспокоенное. Он действительно хотел помочь, так же как помогал последние несколько суток, но это не отменяло тот факт, что я знала его слишком мало, чтобы просить о такой помощи. Неужели он сам не понимал этого? — В чем я точно уверена, – почти возмущенно произнесла я, – так это в том, что я тебя совсем не знаю, чтобы позволить помочь вымыться! Да, до этого ты мне помогал в другом, но и я тебе помогла, когда спасла! Кто тебя знает, может, ты какой-нибудь извращенец? Из обеспокоенного лицо Тимофея сделалось мрачным. Кажется, мои слова его задели. — Моя девушка умерла позавчера! – не менее возмущенно отозвался он. – Думаешь, я сегодня же полезу к другой? Звучало убедительно-обиженно, но… при всех строгих порядках нашего поселения у нас случалось всякое. Я отчетливо помню, как однажды увидела девушку, которую после какого-то праздника нашли в лесу заплаканную и окровавленную. Девушка – моя ровесница, а я в тот момент считала дни до своего пятнадцатого дня рождения. Она потом говорила, что какой-то парень в тот день был с ней очень любезен, помогал во всем и уверял, что не причинит ей вреда, а потом пригласил ее прогуляться по лесу и… Кто именно это был, девушка не призналась. Я бы ни за что не подумала на Тимофея, тем более что вряд ли слабый колдун мог навредить другой ведьме, но с тех пор не рискую близко общаться с малознакомыми парнями. О том, что планируешь убийство, многим из них рассказать безопаснее, чем позволить им зайти с тобой в душ. — Проблема в том, – ответила я Тимофею, вспомнив эту историю и передернувшись, – что человек, который полез бы, сказал бы так же. Отвернувшись, чтобы не видеть лица Тимофея, я снова попробовала сунуть руки под кран. Воду на этот раз сделала похолоднее, но, стоило каплям попасть на кожу, и у меня, как и в первый раз, появилось ощущение, что я решила помыть ладони в кипятке. — Черт! – прошипела я, отдергивая руки. Хотелось расплакаться от такой несправедливости. Может, я зря себя накручиваю насчет недоверия к парням? Зря не хочу принять помощь Тимофея? Не сидеть же, действительно, в грязи, пока руки не заживут. На это ведь уйдет не одна неделя. Снова переведя взгляд на парня, я обнаружила, что он все это время смотрел на меня, причем с явным сочувствием. Значит, если и обиделся, то не так уж сильно. Я тяжело вздохнула. |