Онлайн книга «Однажды в Америке… Хочешь выжить – стреляй первым. Кодекс калибра.45»
|
Оторвав глаза от записки, посмотрел на Брайтона. Как только наши взгляды встретились, в его глазах засветился огонек надежды. Этот человек ждал от меня чуда. Мне стало неловко, но я постарался подавить в себе это чувство. — Мне кажется, что записка написана человеком, который старался изменить свой почерк. Вопрос: для чего? Если писал человек со стороны, то мы можем перебирать жителей Чикаго до бесконечности, но мне так кажется, – я постарался подчеркнуть интонацией эти слова, – он боялся, что его почерк могут узнать. — И что?! — Это может означать только одно, что среди твоих людей – «крыса»! — «Крыса»?! Это как?! То есть ты хочешь сказать, что кто-то из моих работников… — Через кого у тебя проходят все бумаги?! — Деловая переписка – через секретаршу. Накладные и финансовые документы ведет главный бухгалтер. Юрист – договора. — Понял. Ты им доверяешь?! — Все они работают со мной уже давно. С Тимоти Мортоном, главным бухгалтером, мы дружим с детства. Джози Беннет… — Это мужской почерк. Посмотри внимательно на записку! Несколько минут Брайтон внимательно изучал ее, а потом покачал головой. — Нет. Не… знаю. — Едем к твоему бухгалтеру! Выдернутый из кровати главный бухгалтер, ошеломленный бедой, свалившейся на его друга, подслеповато вглядывался в записку. Прошло несколько минут томительного ожидания, пока он не поднял глаза от листка бумаги и неуверенно сказал: — Как тут узнаешь? Писали печатными буквами, но вот… буквы «Д» и «К» мне чем-то знакомы. Особенно «Д». Я ее точно видел. Вот только где? — Тимоти, пожалуйста. — Том, поверь мне, я стараюсь, как могу. Он воздел глаза в потолок и замер, время от времени, шевеля губами. С каждой минутой лицо Брайтона все больше бледнело, как и его кулаки, лежавшие на столе. Он их так стиснул, что, не будь ногти коротко острижены, они пропороли бы ему кожу до крови. Наконец Мортон сказал: — Томас, ты помнишь того парня, приказчика, из твоего магазина на Лонг-стрит? Он еще волосы вонючей микстурой смазывает. От облысения! Как ты знаешь, ко вторым накладным, которые возвращаются мне, приказчики прикладывают акты о негодности того или иного товара и ставят свои подписи. Так вот, вроде такие «Д» и «К» были инициалами… Он вдруг замялся и, после того как бросил быстрый взгляд на меня, посмотрел на своего хозяина: — Том, я ведь могу и ошибиться. Если… — Никаких если! Это его почерк или нет?! – резко спросил я его. — Не могу я так сразу сказать. Мне надо посмотреть на бумаги. Тогда можно более точно определить… — Собирайтесь! Спустя два часа перед нами лежали две бумаги за подписями Джона К. Маклича, работающего продавцом в одном из магазинов Брайтона. Несмотря на некоторые изменения, буквы в записке и буквы в накладных были похожи. Это было видно даже невооруженным взглядом. Я послал своих людей к нему домой, но разбуженная хозяйка, которая сдавала ему комнату, сказала, что он уже пару дней у себя не ночует. Оставив засаду, мы все трое поехали к Брайтону, который боялся за жену. Пока мы с бухгалтером пили виски на кухне, Томас пытался утешить рыдающую жену. Неожиданно раздался телефонный звонок. Он нес в себе надежду и угрозу одновременно. Томас подбежал и схватил трубку: — Алле! Алле! Пару секунд он слушал, что ему говорят, а затем, повернувшись ко мне, сказал: |