Книга Необычайные истории из жизни людей и бесов, страница 26 – Дмитрий Факофский

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Необычайные истории из жизни людей и бесов»

📃 Cтраница 26

Мысли о смерти впервые посетили его голову годом раньше, на пруду, когда он рассматривал себя в зеленоватой воде, где так беззаботно кружились возле брошенной им корки хлеба головастики.

Олег махал руками и ногами и внимательно смотрел на своё отражение.

— Вот он я! – говорил мальчик громко, но не верил самому себе. Ему казалось, что руки и ноги – это всего лишь руки и ноги. Бренная плоть, как однажды сказали в церкви. А он – внутри. Он – это он. А руки и ноги – это руки и ноги.

Чем дольше Олег вглядывался в воду, тем больше убеждался, что смотрит на себя откуда-то изнутри. Он поднёс к глазам ладони, и ощущение того, что его пальцы не более чем пальцы, показалось ему до того убедительным, что даже захотелось испугаться.

Мальчик вдруг подумал, что когда умрёт, то не просто ничего не увидит. Ничего и не будет.

— Ни-че-го, – повторил он, пробуя буквы на вкус, тщательно перебирая их языком и губами.

В летнем зное повеяло холодком – Олег на секунду ощутил его всем телом, и даже коротко стриженые выцветшие рыжие волосы на голове, казалось, зашевелились. Позже, вспоминая тот свой ужас, он всё же не мог ручаться за последнее наверняка.

Самой омерзительной мальчику показалась мысль, что его тело будут жрать черви. Или ещё какие насекомые. Червей и насекомых он не боялся, тем более в шесть лет, нередко подвергая их всевозможным экзекуциям, но всё равно – всё это было, мягко говоря, очень неприятно. «Лучше уж пускай меня сожгут», – решительно подумал Олег. Мысль о превращении в пепел немного его успокоила.

Но главный вопрос оставался неразрешённым: что будет после смерти? Если бы всё ограничилось кромешной тьмой и гробовой тишиной, ещё ничего – не так уж и плохо, размышлял он. Но умирало не только тело, не только руки и ноги – это было бы ещё полбеды. Он прекратит мыслить. И это было страшнее всего. Олег не мог понять: как это – не думать. Совсем не думать, а не в отдельные минуты, как это делают живые люди.

Мальчик снова посмотрел на себя в пруд. «Может быть, это душа?» – вдруг подумал он о том себе, который сидел где-то глубоко внутри и смотрел на мир вокруг и своё отражение в воде с нарастающей тревогой.

В церкви всегда говорили о душе, да и бабушка о ней постоянно твердила. А душа не могла умереть. Это он знал наверняка. От пришедшей мысли ему стало легче, и уже почти не было страшно.

Лето прошло, минула и осень, но он продолжал бояться смерти. Бояться, что кто-то умрёт.

Даже когда Олег уже больше не просыпался по утрам в ожидании крика матери, он всё равно иногда возвращался к этой мысли, с возрастом воспринимая перспективу чей-то смерти не просто как абстрактную потерю близкого человека, а как конкретную проблему.

Хуже всего было бы, конечно, если бы умер отец. Он работал водителем на сахарном заводе, был человеком уважаемым и ещё крепким. Но водители тоже умирали. Отец зарабатывал деньги. Без его денег семье пришлось бы очень нелегко. Олег понимал это уже ребёнком. С другой стороны, размышлял он, умри мать, можно представить, как ударило бы это по отцу, как подкосило бы его.

Легче всего было с бабушкой и дедом: их смерть, конечно, огорчила бы всех без исключения. Мать в первую очередь. Отец Олега лишился своих стариков ещё лет двадцать назад, а вот ей только предстояло всё пережить. Но это, как ни крути, прикидывал мальчик, была бы меньшая из возможных потерь.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь