Книга Кровь Первых, страница 109 – Ольга Аст

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Кровь Первых»

📃 Cтраница 109

Тихий стук в дверь. Вечные стуки, раз за разом, не оставляющие меня в покое ни на мгновение. Наплевав на внешний вид и помятую одежду, я со злостью распахнул дверь. На пороге опять стояла дочь Арнмунда с подносом в руках. Она намеревалась преследовать меня даже ночью?

— Леди Эйнария, я искренне не понимаю, когда своим поведением привел вас в заблуждение и дал повод посещать мои покои посреди ночи.

Ее лицо, освещенное факелами, покраснело, и я мысленно укорил себя за грубость. Девочка была не виновата в моей усталости и беспомощности, а я выместил на ней свой гнев. Но она быстро пришла в себя и, с силой оттолкнув меня, бесцеремонно вошла в комнату. Осмотрев обстановку, Эйнария нашла столик и громко поставила на него поднос.

— Не знаю, господин советник, что вы себе навыдумывали, но я осведомлена о таких понятиях, как честь и достоинство. Ранее вы упомянули, что знаете, к какой судьбе меня готовит отец, поэтому не смейте оскорблять дочь правителя Хельгура такими словами. Я потомок Арнвидов. Я… – она подняла голову и посмотрела на меня, ее губы дрожали, – жрица богов.

Алеистер, ты глупец. Я быстрым шагом пересек комнату и аккуратно обнял плачущую девушку за плечи. Сколько ей было лет? В Хельгуре жрицами становились, когда наступало двести восемнадцатое полнолуние со дня рождения, принося свою честь и непорочность в дар богам. В пересчете на дартелийские года получалось восемнадцать или девятнадцать лет. К своему стыду, я никогда не задумывался над тем, что испытывали жрицы, потому что считал такой статус высокой честью. Может, она хотела полюбить кого-то, создать семью? Но вместо естественных радостей должна была всю свою жизнь провести как божественный непорочный символ.

— Простите меня, леди Эйнария, я не хотел вас обидеть. Просто… я устал. – От обычного слова, произнесенного в слух, стало легче.

Признаться кому-то в своей истощенности, в том, что я не опора, не королевская змея, а человек, мечтающий хоть раз отдохнуть, не думать о стране и о решениях, которые могут стоить чьей-то жизни, было для меня проявлением непозволительной слабости.

Она осторожно отстранилась и забавно шмыгнула носом. Я легко улыбнулся. Разноцветные бусины все также пестрели в ее волосах, но уже не вызывали раздражения и казались милыми украшениями.

— Я знаю, вы измождены. Ваши глаза выглядят как низкие дождливые облака, а плечи опустились, словно на них навалилась гора. Вы плохо спите, не едите и не отдыхаете, поэтому я набралась смелости прийти и помочь.

Эйнария высвободилась из моих рук и стала перебирать какие-то травы и баночки на подносе. Я считал, что хорошо прятал свою усталость и всегда держался подобающе, но она заметила и предложила помощь. Боги, Эйнария же ничего плохого не желала, добрая и чистая. Мне хотелось умереть здесь и сейчас, лишь бы искупить свою вину. Стыд за необдуманные и резкие слова обдал жаром. Хвала Небесам, что в комнате было не настолько светло от ламп, чтобы увидеть покрасневшего советника.

— Еще раз приношу свои глубочайшие извинения, – голос отдавал хрипотцой.

Она подняла на меня взгляд и ободряюще подмигнула.

— Я не обижаюсь на вас. Видите, я все еще здесь и хочу вам помочь, а не бегу к Лао с криком, что советник Дартелии посмел оскорбить дочь Арнмунда.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь