Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
Прямо история России двадцатого века вспоминается. Кто пострадал после прихода к власти большевиков? Кого тут запретили? Бинго! Церковь! И ведь какое странное совпадение! Во Франции решили отнять у церкви земли и доходы и перевести их в казну свободной и справедливой страны. Конечно, сначала была французская революция, а потом большевики. Но ведь совпадение? Интересно, чем им всем Бог помешал? В Библии вроде как про свободу, равенство и братство очень хорошо написано. Неужели давят конкурента? Вслух Варя ничего не высказала, погрузившись в чтение газет. Ага… Объявили, что вся церковная собственность становится народной, переходит в ведение учредительного собрания и будет распродаваться с публичных торгов. Доходы пойдут на благие дела, бла-бла-бла… Кто-то сомневается? Хотя Варя и церкви не сильно сочувствовала. Что вы хотите, если в епископах такие, как Талейран! Это ж жуть! Лютая! И вообще, такого, как Талейран, не обдерешь. К нему за шерстью пойдешь – вернешься в долгах со всех сторон. Пойти, что ли, себе чего прикупить? Нет. Ни к чему. Мадам Изида должна быть легка на подъем. А все же забавно, как это происходит. И революция, и церковь давят… и монарха убили… ладно, Людовика Шестнадцатого пока еще не приговорили, но это ж дело времени. И Варя с легкой душой отложила газету. Ее церковь, тем более католическая и французская, никак не волновала. Пусть сами разбираются. А она будет деньги зарабатывать. А ведь забавно. Французский епископ бегает к египетской гадалке за предсказаниями. И Варя ласково погладила колоду карт, лежащую на столе. Подошла к зеркалу, погляделась. Определенно, ей идет и прическа, и макияж, и вообще эта жизнь. Ей уже под сорок, но выглядит она… лет на тридцать, не больше. Подтянулась, посвежела, похорошела! Может, душа так на тело влияет? Блеск в глазах появился, улыбка… Вот тут еще губы поправить, а то смазала, пока кофе пила. И – за работу! Предсказывать лохам! Глава 10 «Подкрепление» прибыло достаточно быстро – и десяти дней не прошло. И Иван Васильевич с интересом принялся разглядывать молодого майора с крестом на мундире. Ишь ты, Егорий, да третьей степени. За снаряды? — Ты, значит, Наполеоне Бонапарте? — Я, ваше высокопревосходительство! — И о твоих снарядах мне Светлейший писал? — Да, ваше высокопревосходительство! — Вольно. Не тянись так. Вот что, я пока их в глаза не видел. Испытать бы хотелось. — Когда прикажете, ваше высокопревосходительство?! — Да хотя бы и сейчас. Вот только Осипа Михайловича позову, да и попробуем с ним. Наполеон кивнул вихрастой головой. Кого скажете – того и зовите, ему – что? Его снаряды и так осечки не давали, авось и потом не дадут! Де Рибас долго себя ждать не заставил. Вошел, поздоровался, посмотрел на Наполеоне. — Корсиканец? — Да, ваше превосходительство… — А я из Неаполя! Считай, соседи! Ну, показывай свои новинки! Для испытания использовали первый попавшийся лансон[49] с шестью небольшими пушками. Погрузили снаряды, вышли в море, вместо мишени использовали недавно поднятую со дна турецкую галеру, которую еще не успели отремонтировать… — Ух ты! Результат понравился и де Рибасу, и Гудовичу. — Мне бы таких, да побольше, – сориентировался бригадир[50]. — Для хорошего человека – не жалко, – не стал сомневаться Гудович. – Я так думаю, туркам наше угощение понравится. |