Онлайн книга «Улей»
|
Глава 16 Каждую среду в «Коне и телеге» проводили открытый микрофон. Проверенный временем способ заманить клиентуру в период низкой посещаемости, но с подвохом: любой желающий урвать свои пять минут перед микрофоном – с песнями, фокусами, анекдотами или еще с чем-нибудь – должен был заплатить десять фунтов. В конце вечера зрители участвовали в анонимном голосовании, записывая на карточках имя исполнителя, показавшегося самым интересным, и бросая их в пивной бокал. Победитель забирал все деньги. Четыре недели подряд громя соперников в пух и прах, Шерри выиграла в общей сложности двести десять фунтов – целое состояние для женщины, живущей в соседнем хостеле. К микрофону ее толкнула сама судьба. Она сидела в «Телеге», наслаждаясь пинтой хорошего эля, не зная, когда в следующий раз сможет позволить себе подобную роскошь. Несмотря на кислотные картонные таблички на стенах паба, рекламирующие открытый микрофон, она даже не догадывалась, что тут проходит такое мероприятие, пока юноша в шляпе-котелке не заиграл на акустической гитаре и не запел «Хей, Джо». Он был очень даже неплох; за ним последовала певица, с виду еще не окончившая школу, но вокально зрелая, как взрослая женщина. После нескольких актов Шерри отправилась к бару и спросила, как можно поучаствовать. Барменша объяснила. — Ты мне вряд ли десятку одолжишь, а? – шутя лишь наполовину, спросила Шерри. – Я сегодня выиграю. Обещаю. Если у этой публики есть хоть капля мозгов, я выиграю. — Боюсь, что нет, – улыбнулась девушка с пирсингом губы. — Что ж, ничего, – отозвалась Шерри, и тогда-то она и заметила маленькую черную собачку, прикорнувшую на мягкой подстилке за баром. Это вест-хайленд-терьер, поняла она, потому что такая же была у пожилых соседей, когда Шерри еще была маленькой. Вот только соседская брехливая собачонка Дейзи была светло-коричневой. – Приветик, плут, – сказала она псу, подходя к проходу в барной стойке. Присела на корточки и протянула ладонь, жалея, что не может протянуть целую горсть собачьих вкусняшек. – Приветики. Как тебя зовут, а? Барменша не обращала на Шерри никакого внимания, да и пес тоже; он положил голову на передние лапы и снова погрузился в сон. В следующую среду Шерри явилась с похрустывающей в кармане десятифунтовой банкнотой. Положив деньги в пивной бокал, вписала свое имя в список исполнителей. Ее номер шел третьим, и раз она уже потратила заначку на участие в конкурсе, ей пришлось оставаться трезвой и отчаянно нуждаться в глотке для храбрости. Когда объявили ее имя, Шерри направилась к микрофону, не имея никакой заготовленной программы. Она знала, что собирается шутить, именно так она думала об этом про себя – шутить, – и надеялась, что несколько шуток вспомнятся сами собой, какие-нибудь хорошие, вроде тех, которые рассказывал ей папа. Она смутно помнила тот, где мужик раскатал самосвалом кучу мотоциклов байкеров, но не помнила, с чего это все началось. Помнила ударный финал другого, кончавшегося словами «Хорошо, что коровы не летают», но сюжет от нее ускользал. Постояла перед микрофоном секунд двадцать, внутренне сжавшись на случай воя автогенерации микрофона, чувствуя в голове лишь угрюмую звенящую пустоту. Человек двадцать в ожидании смотрели на нее поверх своих бокалов, а парочка уже смеялись над ее явным сценическим мандражом. |