Онлайн книга «Великая река. Другой берег»
|
— Ещё знаю, кто такой Мяндаш, – медленно протянула Эх-хо. — Кто? Кто он? – Ойкью даже подпрыгнула на месте от нетерпения. — Скажу завтра, – Эх-хо хитренько улыбнулась. – Не хочу, чтоб вы уплывали отсюда. Пойду поболтаю с мальчиком-вороном! — Нет, скажи! Скажи! Я не отстану! Лодочница только покачала головой и, сонно улыбнувшись, уткнулась носом в воротник дождевика. Ойкью пытала её, пока они шли к лодке и пока Эх-хо старательно будила спящего Варна, осторожно тыкая его в бок. В итоге Варн проснулся от криков Ойкью и потом ворчал так долго, что та пожалела о своей нетерпеливости почти мгновенно. — Любишь спать, а? Варн смотрел на Эх-хо с сонным раздражением. По его собственному мнению, он ворчал достаточно усердно, чтобы и её, и Ойкью вымело из лодки ветром его негодования. — Люблю, – Варн постарался прошипеть это слово, при том что ни одного шипящего звука в нём нет. – И ты меня теперь разделяешь с великой любовью. — Это правда его великая любовь, – подтвердила Ойкью. – Я думаю, он высыпается на будущее. Есть такие старички, которые вечно встают в самую рань и будят всех остальных; так вот, Варн станет среди них самым бодрым. — Есть такие старушки… – начал было раздражённо Варн, но запнулся: он не придумал продолжения. — Какие? – Ойкью выразительно изогнула бровь. — Станешь как Ярга, когда состаришься, вот! – выпалил мальчик наконец, чувствуя предательский жар на щеках. — Очень на это надеюсь, – гордо заявила Ойкью. Эх-хо рядом с ними захихикала, закрывая лицо руками, Ойкью засмеялась тоже, и Варн, не выдержав, присоединился к ним. Знакомый ветер – ветер для полёта – подул ему в лицо, принеся с собой немного утихшего дождя. — Какой чудесный ветер, – проговорила Эх-хо удивлённо. – Будто бы весенний. Он похож на пробуждение. Варн ничего не ответил, только зажмурился; дождевые капли приятно холодили всё ещё горящее лицо. — Эй, ты не заболел? – Ойкью вдруг взглянула на него обеспокоенно. – Ты действительно что-то долго лежишь тут, в лодке, и лицо у тебя красное. В смысле, не такое белое, как обычно. — Я здоров, – убеждённо сказал Варн: он чувствовал лёгкую слабость, но кто обращает на такое внимание? Вдобавок заболеть было бы до жути стыдно – он считал, Ойкью и так слишком много возится с ним. — Уверен? Ты немного человек, – Ойкью продолжала смотреть на него с сомнением. – С людьми вечно случается всякое. Чем тебя лечить, если ты заболеешь? — Не знаю. – Варну хотелось снова свернуться под одеялом и заснуть. – Я всё равно точно здоров. — Что значит «не знаю»? – никак не отставала Ойкью. – Чем тебя мама лечила? Ты рассказывал, что раньше часто болел. — Ну, это зависит от болезни. – Мальчик положил голову на руки: он вспоминал. Вопрос Ойкью неожиданно заставил его ощутить острую смесь грусти, стыда и тоски. К этому болезненному букету эмоций примешивалась радость, маленькая и лёгкая, как солнечный луч в тёмной комнате. Как солнечный луч… — О дождь! Ваши болезни ещё и разные бывают! – Чёрная ладонь Ойкью легла на его лоб, и эмоции стали острее. – Я в жизни болела только простудой. Ты простудился? Варн увернулся от её руки и, нахмурившись, твёрдо сказал: — Я не болен! — Я раньше общалась с людьми, – подала голос Эх-хо. – Они часто болеют. А у этого есть на то причины. Но я могу с ним поговорить. |