Онлайн книга «Великая река. Другой берег»
|
Они плыли на север. День за днём Ойкью смотрела, как меняются растения по берегам реки: клёны, дубы и липы уступали место тополям и осинам, тополя и осины – соснам и елям. Только к реке ещё жались серебристые нежные ивы и редкие липы, а над ними, словно строгий, но добрый родитель, возвышался янтарный от солнца сосновый лес. ![]() Земля здесь была зеленовато-белой и мягкой от мха, и, если долго бродить в таком лесу, можно наткнуться на небольшие озёра в низинах, полные дождевой воды. Озёра зарастали ослепительно-зелёной травой и маленькими деревьями, над ними невесомо скользили златоглазки и стрекозы, а в их чистой воде отражались небо и верхушки сосен. Это были глаза леса – яркие, внимательные и искренние. В один из солнечных дней Ойкью и Варн остановились на берегу, как раз неподалёку от такого места. Они вдвоём развели костёр – за прошедшие дни Ойкью достойно, как она считала, обучила Варна этой премудрости – и приготовили сомнительного качества уху из наловленной утром рыбы. Потом они принялись за еду. Это было ежедневным упражнением на доверие, которое не очень-то нравилось Ойкью. Каким бы спокойным ни пытался казаться Варн, она чувствовала, как он нервничает, когда она поворачивается спиной и снимает шарф. И знала, что с каждым днём его желание обернуться, подскочить и попытаться посмотреть ей в лицо ничуть не уменьшается. Вот и сейчас его близкие волнение и сомнения мурашками бежали по её спине. — Ты что, опять ешь рыбьи головы? – спросил её Варн, оборвав тягостное молчание. Ойкью нервно дёрнулась: — Лучше б ты смотрел в свою тарелку, а не на меня! — Я смотрю в котелок, а не на тебя! И их там нет. Фу, Ойкью! Как ты можешь? Они же противные! – Судя по голосу, Варна перекосило. — Переводить еду впустую – вот что противно. Мы плывём в голодные земли! Тоже мне, птичий принц! Хвосты – колючие, головы – противные… Что дальше? В этот миг чуткий слух Ойкью уловил шорох поблизости; там, среди поваленных деревьев, между тёмных сосновых стволов, что-то мелькнуло и исчезло. Ойкью стремительно вскочила, поправляя шарфик. — …Нельзя же класть в рот что попало! – продолжал разоряться Варн. — Тише! – оборвала его Ойкью. – Ты слышал? Она обернулась к мальчику. — Ты о чём? – Варн смотрел на неё непонимающе. — Здесь кто-то был, – убеждённо сказала Ойкью. Некоторое время они оба слушали лес. Лес был тих – насколько он, такой живой, вообще способен быть тихим, – и Ойкью присела на землю, намереваясь покончить с оставленной рыбой. А потом где-то поблизости, совсем рядом, раздался смех. Тихий-тихий, нежный-нежный – так смеются маленькие дети и совсем ещё юные девушки, так смеётся тёплый нежный ветер. В тишине наступающего вечера он прозвучал угрожающе и чарующе одновременно. Ойкью и Варн переглянулись. — Теперь – слышал, – оторопело проговорил мальчик. — А я – видела! – сказал тихий голос на ухо Ойкью. – Я видела! — Чего? – Ойкью подскочила в ужасе и отпрыгнула в сторону, едва не наступив ногой в собственную тарелку. На окраине леса, совсем недалеко, вновь зазвучали шорохи и удаляющийся нежный смех. — Я не знаю, кто это, но она была совсем близко, – сказала Ойкью растерянному Варну. – Она сказала мне «я видела». Мальчик испуганно обхватил себя руками и огляделся: — Как думаешь, это был призрак? |
![Иллюстрация к книге — Великая река. Другой берег [book-illustration-38.webp] Иллюстрация к книге — Великая река. Другой берег [book-illustration-38.webp]](img/book_covers/141/141083/book-illustration-38.webp)