Книга Замри. Роман с театром, страница 9 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 9

У Адольфа Шапиро более, чем у кого бы то ни было, неоспоримые заслуги в развитии латвийского театрального искусства. Посмотрим же правде в глаза: если Шапиро уйдёт из латвийского театра, то больше пострадает не режиссёр, а наша культура».

Некоторые пассажи критиков вызывают у меня понятное смущение, но решил всё-таки привести их. Во-первых, это был последний случай, когда небезразличным достало смелости объединиться и выступить в защиту театра. Главное же – непосвящённых это письмо ставит перед множеством вопросов, на которые я должен ответить. Что произошло? Как был уничтожен театр? Почему? Зачем? Отчего? Ответить им и себе.

«Ах, голова кружится»

Цифры и даты – не моя стихия. При заполнении анкет недоумеваю. Ничего не сходится. Получается – сидел по два года в одном классе. Поэтому отказываюсь от хронологии событий. Янина Бранце, верный Лагранж нашего театра, когда-нибудь обнародует свои записи, где всё прослеживается с дневниковой точностью. Передать бы атмосферу тех дней, когда крышка котла времени стала подпрыгивать от кипения страстей. Забурлила та самая окаянная смесь. Всё перемешалось – благородные помыслы, жажда реванша, радость освобождения, мстительность, личные амбиции. И всё это рвалось наружу, требовало выхода. Когда невидимые повара подливают масло в огонь, лучше отойти подальше. Но театр обжигаем временем, он плавится в нём.

Я проморгал начало. Видать, задохнулся от свежего ветра, что после удушливых лет повеял в середине восьмидесятых. И не придал значения запашку гари, который доносился издалека. Какая мелочь по сравнению с тем, что ослабились цензурные поводья и удары шпор! Единение с публикой. Радость от сознания, что спектакли что-то опережают, подготавливают, влияют на что-то. То, о чём в них говорилось, лишь спустя месяцы начинали открыто обсуждать. Пришло чувство востребованности, по которому вечно тоскует театр. После «Центрифуги» Гунара Приеде латыши останавливали меня на улице и доверительно произносили – спасибо. (В спектакле звучала латышская, русская, немецкая речь – война соединила разных людей на латышском хуторе.) И тихо высказанная благодарность была дороже самых громких рецензий. В ней слышалась готовность сообща противостоять бедам. Что можно было ответить? И вам – спасибо, и вам – paldies.

В Бремене, после «Завтра была война» – старик с дрожащими губами: «Я не понимаю по-русски, но всё понял, у меня отца забрало гестапо». А в Турине крик из зала: «Это моя жизнь!» Кто это был? За кулисы никто не зашёл, и, может быть, поэтому этот крик до сих пор звенит в ушах. В далёком Каракасе из проезжающей мимо машины наших актёров приветствовали песней, которую час назад они исполняли в спектакле «Страх и отчаянье в Третьей империи».

Десятилетиями нас никуда не выпускали, а тут – Югославия, Италия, Канада, США, Колумбия, Венесуэла… На девяностолетие Брехта в Берлин позвали две труппы: венский «Бургтеатр» и наш. А потом три весны подряд приглашения в Германию… Призы, фестивали… Езжай – куда зовут, ставь – что хочешь!..

Радость освобождения пьянила и притупляла бдительность. От перепада давления кружилась голова. Немудрено – нас будто подняли со дна морского, где мы долго теснились в батискафе, и вознесли на воздушном шаре под облака.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь