Онлайн книга «Замри. Роман с театром»
|
«Социализм с человеческим лицом» без рта и ушей? Без свободы говорить о том, что видишь, и слушать всё, что хочется? Ответ дали братские танки. А тогда – голова кругом от весны и воздуха, полного надежд, хорошего отношения новых друзей ко мне. Вообще-то так относились к любому гостю из Союза, в ком чувствовали уважение к себе. Спустя месяц после вторжения Табаков, перед этим с блеском сыгравший в Праге гоголевского Хлестакова (он играл по-русски, они – по-чешски), получил оттуда посылку: книги, сувениры, вещички, которые он дарил коллегам. К чести Олега, он говорил об этом с горечью, но признавая правоту чувств отправителей. Больше никогда в Праге я не был. Сначала – ясно почему, потом – не знаю отчего. Не хотелось. В журнале «Дружба народов» – стихи Олега Хлебникова. Места, где бывал счастливым… Не надо туда приезжать: их неизменность обидна, а измененья досадны. Советуют мне – позитивом старайся себя окружать, а что позитива не видно, так пожил уже – ну и ладно. То, что отшумело, – для романса, а не драмы. Она не имеет завершения, драма – в настоящем незаконченном времени. «Рок-н-ролл» Стоппарда – пьеса о сопротивлении, посвящённая президенту Гавелу. В Москве 2011 года возврат к «Пражской весне» не прозвучал, как хотелось. Кокетство – стенать о собственных промахах, они без того видны. Нечестно после драки махнуть что-то о слишком оголённой конструкции пьесы, ещё хуже – упрекнуть актёров в стремлении опереться на успешный, но здесь не подходящий опыт работы над постановкой другого произведения драматурга. Лучше, как при анализе пьесы, начать двигаться от финала. Там кроются идея и то, что остаётся у зрителей после спектакля. ![]() Том Стоппард и Адольф Шапиро на репетиции «Рок-н-ролла». У меня со Стоппардом обнаружилось разное понимание того, как и чем всё должно завершаться. Скрытое (так мне кажется), оно было существеннее локального профессионального расхождения. Под занавес – хеппи-энд. После мытарств, устаканив общественные и личные дела, герои на концерте Rolling Stones. Они раскованны, веселы, сердца стучат в унисон It’s Only Rock ’n Roll (But I Like It), несущемуся над стадионом. Как бы подводится черта под схваткой с теми, кто регламентированием каждого шага, слежкой, обысками, арестами – всем набором насильственного подчинения – добивается превращения людей в истуканов. Утихло упоение волей, и картина оказалась сложней, чем представлялась. Даже в Чехии, что говорить о нас, которым новый век не принёс успокоения. Когда я об этом сказал сэру Тому, он насторожился: хочет, хочет учитывать тягу зрителя к хорошему финалу. Он не скрывал намерения, чтобы люди ушли в добром расположении духа. Но и я не собирался их добивать… Просто десерт – песенка к фильму под the end, поцелуй под занавес – ставит под сомнение серьёзность намерений автора, даже если для этого нет оснований. Сергей Соловьёв почти нашёл инвесторов из Америки для сьёмок «Анны Карениной». Одобрили сценарий, актёров, просьба одна: счастливый финал! Стоппард остроумно выстроил киноверсию толстовского романа. Но после рокового события… виды покоса, капель на зелёных листах, Левин с дитём, Каренин, любующийся Серёжей с маленькой Анной на руках, излишне благостны. Вряд ли моё отношение к голливудским финалам – комплекс режиссёра, от которого часто требовали реально оптимистического звучания. Скорее пугала незащищённость людей, не сознающих зыбкость всего, что выглядит прочным. |
![Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-85.webp] Иллюстрация к книге — Замри. Роман с театром [book-illustration-85.webp]](img/book_covers/141/141081/book-illustration-85.webp)