Онлайн книга «Экспедиционный корпус»
|
Климов же обратился в слух. «Чего они там копают?» – удивился он. — Ты говорил, что они должны были закончить еще два дня назад. — Но что я могу поделать, герр капитан? Сколько этих унтерменшей ни наказывай, а лучше работать они не могут, все же они сильно ослаблены из-за недостаточной кормежки. Получают ведь хорошо если треть от нормы. Кроме того, случился обвал, и целый день пришлось потратить на восстановление свода… — Да мне плевать, сколько эти свинские собаки получают от нормы, я хочу знать, когда наконец будет закончен этот тоннель! — А ты так рвешься в бой? – удивился еще один офицер, видно, что постарше этого «боевого» капитана, как возрастом, так и может быть даже званием. — Да надоело уже сидеть тут и вшей кормить, герр майор! Ну и в случае удачного боя не только награду дадут, но и отпуск получу. А то сколько уже жену не видел… — Отпуск – это хорошо, – мечтательно сказал на это некий Курт. — Так что со сроками? — Дня за два свою часть работы они должны закончить. Потом еще нашим день понадобится… Главное, чтобы лягушатники не устроили нам обстрел, тогда сами понимаете, герры… — Да уж не тупые, понимаем, что вся работа псу под хвост… «Так они паразиты такие, тоннель к нам ведут!» – понял штабс-капитан. Рассказывали им про такой способ окопной войны. Где-нибудь на спокойном участке подводили тоннель и неожиданно врывались во вражеские окопы. Так что можно было сделать вывод, что немцы решили провернуть с русскими, что на практике с этой тактикой не сталкивались, подобный финт, который с франками уже не работал. Собственно, обстрел вражеских позиций крупнокалиберной артой является еще и профилактикой против подобных подкопов, ибо своды обрушаются и тоннель приходит в негодность, да еще и рабочих заваливает. Но последний момент немцам по барабану, они используют труд пленных, и их смерть ничего не значит, всегда можно нагнать дополнительных невольных землекопов. Им даже лучше, чем больше подохнет унтерменшей, тем меньше их кормить и тем больше достанется немецким солдатам. «Осталось понять, где они этот подкоп тянут», – подумал Климов. По логике вещей, конечно, должны на самом коротком участке, благо что таких сближений на восемнадцати километрах фронта более чем достаточно, но не факт. Могли и на среднюю или даже длинную дистанцию прокопать. С немцев станется, ведь копают пленные. Дальше Михаилу то, о чем говорят немецкие офицеры, было уже не интересно. Он с нетерпением дожидался ночи. А потом с еще большим нетерпением ждал подходящего часа. Просто так отходить он не собирался, ему требовался язык. Для такого дела годился даже обычный солдат. А потому, отметив наблюдательный пост, Климов с напарником осторожно подобрался к нему и стал дожидаться смены. Жать пришлось недолго, всего-то двадцать минут, пришел унтер, провел смену, и, выждав еще пять минут, Климов спрыгнул в окоп и, прежде чем немецкий солдат успел среагировать, провел оглушающий удар. — Вот блин… – глухо ругнулся Михаил, осознав, что наблюдатель из возрастных солдат и даже голодное существование не заставило его особо похудеть. – Помогай… Кое-как вытащив толстого немца из окопа, протащили его через проволочное заграждение, молясь, чтобы не появился кто-нибудь из проверяющих и не заметил пропажи часового. |