Онлайн книга «Экспедиционный корпус»
|
«Похоже, транслирует мысли своего отца, своим-то неоткуда взяться, за счет чего и пытается выглядеть значимым», – понял Михаил. — А разве в той же Англии есть конституция? — Там есть Хартия о правах… — Дворянства. Ну и у нас есть нечто подобное. В чем проблема? — И все-таки не уходите от ответа… – насупился Григорий. — Хорошо. Принципиальной разницы между монархиями в России и в Англии нет. И там, и там она абсолютная. — Что вы такое говорите?! В Англии избираемый парламент, и король в его работу не вмешивается! — Ну да, ну да… только назначает премьер-министра… — По представлению парламента… — Все так, Григорий Александрович, все так, – покивал Михаил Климов. – Только вот какая закавыка… Партии, чтобы быть избранными и заседать в парламенте, должны перед этим принести присягу на верность монарху. Без этого они к выборам даже не допускаются. По вашим лицам, господа и месье, вижу, что о такой маленькой, но все меняющей мелочи многие не в курсе или в курсе, но отнеслись к этому моменту как к пустой формальности. Но это не формальность, поверьте, все очень серьезно. Ну а теперь подумайте, так ли уж свободны в своих решениях все эти партии от мнения короля, когда чуть что не так – и их могут обвинить в измене со всеми вытекающими? А каторги для политических заключенных в Англии, как, к слову, и во Франции, это ни разу не царские санатории, где осужденные живут в деревенских избах, получают книжки, пишут письма, а жандармы с полицией относятся к ним со всем вежеством. Да-да, месье и мадемуазели, именно так. Никто их в цепи не заковывает и вкалывать, как на каторгах Англии и Франции до изнеможения от рассвета до заката не заставляет. Потому и бегут они в Швейцарию и ту же Англию с легкостью неимоверной. Так что власть монарха в Англии столь же абсолютна, как и в России, просто английские монархи после нескольких бунтов сделали финт ушами и поставили между собой и народом прокладку в виде пресловутого парламента, и теперь все недовольство населения обращено именно на эту прокладку, а монарх каждый раз говорит: это не я, это все парламент, вами же избранный, начудил, сами во всем виноваты, смотрите кого выбираете, но так и быть, давайте я для начала поменяю премьера и, если он не исправит ситуацию, то назначу новые выборы в парламент, куда вы изберете новых парламентариев, на этот раз более достойных. Правда удобно? Король в любом кризисе как бы ни при чем, в стороне и над схваткой, выступает судьей. А теперь представьте себе такую же ситуацию в России и вообразите, какая буча поднимется, если заставить партии еще перед выборами принести царю присягу верности так же, как в благословенной Англии. Друзья Елены стали несколько растерянно переглядываться между собой. — Тогда, может, как во Франции и прочих республиканско-демократических странах вроде САСШ? – спросил молодой, но при этом бородатый француз. Хотя борода по молодости росла жиденькой и выглядела как драная мочалка. — Мой друг, Андре Бретон… поэт и писатель. — Не знаю, как во Франции, месье, а про демократию в САСШ даже не заикайтесь, – насмешливо фыркнул Климов. — А что там не так с демократией? — Да все не так. Для начала, там только две партии, что могут быть избраны. Демократично? И если вы гражданин САСШ и хотите создать свою партию, назовем ее для примера… «Аппл», то создать вы можете, только вот избраться уже не получится, как обособленной политической силе. Система-то двухпартийная! Так что примыкай либо к демократам, либо к республиканцам, а тут и там уже свои руководители, своя повестка и вообще все поделено и занято, и ты в самом низу и ни на что не в состоянии повлиять. Демократично? Как-то не очень, да, ведь ограничивает политическую свободу, о которой они так орут на каждом углу. Но что-то никто об этом ограничении свобод в самих САСШ не говорит, все молчат в тряпочку. Второе. Демократия, если я ничего не путаю, это равенство граждан между собой? Так? |