Книга Последний шанс империи, страница 111 – Валерий Елманов

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Последний шанс империи»

📃 Cтраница 111

В доме у отца Иннокентия он появился только вечером, когда стемнело, но очень довольным, и выложил перед Виталием два туго набитых вещмешка со снедью и пару парабеллумов, а также один браунинг. А вот с патронами оказалось туговато. Лучше всего дело обстояло с браунингом – вояка продал его вместе с кобурой и двумя полностью снаряжёнными обоймами, а вот у парабеллумов оказалось всего по одной обойме. Поделиться лишними патрончиками, если что, невозможно – не совпадали калибры. У браунинга – 7,65 мм, а у парабеллумов – 9 мм. Но на безрыбье… Худо обстояли дела и с винтовочными патронами, но солдатики пообещали их достать и к завтрашнему дню принести на рынок.

— Задержаться придётся, – чуть виновато вздохнул Осипенко.

— Не страшно, – ответил Голицын. – Насчёт специалиста по документам я с отцом Иннокентием договорился, сегодня встреча, но придётся дождаться, пока их сделают.

Однако в конечном итоге всё оказалось значительно хуже. Священник привёл некоего Ивана Анисимовича Мухина – местного художника, расписывавшего иконостас в Покровской церкви и хорошо известного отцу Иннокентию. Одно время живописец проживал в Санкт-Петербурге и учился в Академии художеств, но был вынужден уйти с последнего курса из-за безденежья и с тех пор подвизался у себя на родине в Ряжском уезде, хватаясь за любую предлагаемую работу.

Увы, но узнав, что от него требуется изготовить образцы печатей, Иван Анисимович отказался наотрез. Мол, нарисовать – куда ни шло, а вырезать их – не по адресу.

— Никогда таковыми вещами не занимался и понятия не имею, с чем это кушают. Да-с, – категорично заявил он.

Однако позже, уже после первого грубо набросанного эскиза печати, он разоткровенничался с Голицыным. Сказалось внимание Виталия, терпеливо выслушавшего жалобы художника на полное равнодушие общества и властей, как старых, так и новых, к его предложению создать в уездном городе картинную галерею. Помыкавшись со своей идеей, он вспомнил, что некогда, ещё в Санкт-Петербурге, ему изрядно помогал некий земляк Пожалостин-Храпов, выходец из села Новое Еголдаево. Он тоже в своё время обучался в Императорской Академии художеств, но специализировался как раз на гравюрах. Помогал он Мухину и деньгами на прожиток, а несколько раз даже приглашал его в свою усадьбу в Солотчи, где Пожалостин-Храпов проживал к тому времени, выйдя в отставку с чином надворного советника и неплохой пенсией.

Поначалу Виталий разочарованно поморщился. Не вдохновил его и восторженный рассказ Мухина о блестящих талантах и заслугах знаменитого гравёра, равно как и повествование о его малых и больших серебряных и золотых медалях, полученных за своё творчество. Учитывая, что Пожалостин-Храпов, по словам Мухина, получил звание классного художника I степени аж лет пятьдесят тому назад, ныне гравер, скорее всего, давным-давно почил в бозе, следовательно, проку с его таланта никакого.

Выяснилось, что гравёр действительно умер восемь лет назад. Зато его сын (с ним Мухин, находясь в Солотчах, успел познакомиться и даже отчасти подружиться), вне всякого сомнения жив, ибо одних лет с художником. Правда, после смерти отца он продал усадьбу и переехал в Москву, но у Ивана Анисимовича имеется его адресок. Дело в том, что он как-то пару лет назад заглядывал к своему знакомцу на предмет участия в благом деле сохранения истинного русского искусства, как Мухин велеречиво поименовал создание свей будущей галереи. Денег заполучить не удалось – тот сослался на стеснённость в финансах, но адресок Иван Анисимович выбрасывать не стал, благоразумно оставив у себя. Мало ли, вдруг позже дела гравёра поправятся, и тогда…

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь