Онлайн книга «Преддверие II»
|
* * * Я шла медленно, широко расставив руки, как слепая. Город спал. О предательский месяц март! Такой тёплый, влажный, тающий днём и такой беспощадно холодный ночью! Все лужи под ногами заледенели, в ноздри врывался морозный воздух, и ни одна звезда не пробивалась сквозь чёрные тучи. На мне были парчовые бальные туфельки и бархатное платье, расшитое золотом. Мой похоронный наряд был роскошен, но для прогулок по ночному зимнему городу предназначен не был! Я добиралась к своему дому часа два, не меньше. Из последних сил я преодолела три ступеньки на крыльце и дёрнула за шнур колокольчика. «В тепло, в тепло! Упасть и не шевелиться!» – только об этом я тогда и думала. Лесли открыл сам. Он поднёс к моему лицу подсвечник и отшатнулся. — Лесли, это я… Он смотрел на меня и медленно пятился. — Это я, Жано. Я и представить не могла, насколько была ужасна. Опухшая и отёкшая, белая как мел, с синими трупными пятнами на шее, с перекошенным му́кой лицом и совершенно седая! Лесли наткнулся спиной на шкаф и остановился. Такого он не видел даже в Стеклянном городе. — Лесли… – пробормотала я из последних сил и вцепилась в дверной косяк, чтобы не упасть, сознание уже уплывало от меня, ноги подгибались. Он на какое-то мгновение зажмурился, чтобы побороть свой ужас и отвращение, потом поставил подсвечник у зеркала, подошёл и решительно взял меня на руки. — Сейчас… сейчас, потерпи немного. Слуг он не будил. Сам согрел воду, сам отмывал меня в горячей ванне и отпаивал какими-то отварами. Я почти не понимала, что со мной происходит, я знала только одно: я буду жить! Лесли меня отогрел, и тогда мне стало ещё хуже, ведь тело моё было отравлено. У меня начался жар, меня долго, безудержно рвало, я захлёбывалась от тошноты и боли. И снова этому не было конца! Только к утру я забылась тяжёлым сном, но и во сне меня трясло. В забытье я провалялась целые сутки. Потом были бледный утренний свет, головная боль, голод и щемящее чувство чего-то необычного. Да, началась уже другая жизнь. Совсем другая! Я снова Юлиана, я могу вернуться к своим близким и утешить их, что я не умерла, я могу вернуться в родной дом и во дворец, я могу быть самой собой… О боже мой, как много я теперь могу! — Как ты себя чувствуешь? Лесли стоял в дверях моей спальни, бледный и какой-то строгий. — Не знаю, – сказала я и попробовала сесть. — Не тошнит? — Нет. — Нигде не болит? — Нет. Он присел ко мне на кровать, заботливо поправил подушки за спиной, потрогал мой холодный лоб. Я подумала тогда, что подарю ему полцарства, не меньше. — Как это случилось, Жано? — Сама не знаю. Меня должны были сжечь как ведьму. — Да. Вчера. — Я так страшно возмутилась, Лесли, мне так захотелось стать самой собой… Я, наверное, очень сильная? — Не сомневаюсь в этом. — Это было так ужасно… Но теперь все ужасы позади! — Ты так думаешь? — Да, конечно. Не хмурься, Лесли! Хочешь, я подарю тебе весь Алонс со всеми его колдунами, со Стеклянным городом и Серой башней? Хочешь? Он посмотрел на меня без восторга, только с жалостью: — Я тебя лучше накормлю. На ногах я стояла слабо, руки не слушались, голова кружилась. Я с огромным усилием надела на себя свой похоронный наряд. Лесли вошёл с подносом и как-то неприятно удивился: — Что это ты делаешь? |