Онлайн книга «Преддверие II»
|
— Это все твои клиентки? — Не все. Я почувствовала лёгкий, но досадный укол то ли зависти, то ли ревности. Я ведь ничего не знала о его прежней жизни. — А тебе нравилась какая-нибудь особенно? — О чём ты? Выбирал не я, выбирали меня. — И многие… тебя выбирали? — Я не считал. Он был одет во что-то жемчужно-серое, с ремнём и закатанными рукавами, волосы вымыты и тщательно причёсаны, он был хорош как никогда, его хотелось терзать, кусать и тискать, любить и ненавидеть! — Это тоже входило в твои обязанности? – спросила я презрительно. — Послушай, – он нисколько не смутился, – не забывай, что я не человек и ваши понятия о приличиях и достоинстве меня не касаются. Видела компьютер? Считай, что я то же самое. На какую кнопку нажмёшь, то и получишь. Я вспыхнула, как сухая бумага, швырнула альбом с красотками на пол и вышла из Салона. Я ему не верила. Он был не таким, но почему-то играл в эту игру по её правилам. Ночью усталость взяла своё, я сразу уснула, не дожидаясь, пока придут Корнелия и Лаиса. Мне снился утёс: как я подлетаю к нему, кружу над ним, а он всё заманивает меня к себе, затягивает невидимой петлёй, и вот уже я лезу на стену, раздирая пальцы и скрипя зубами, и сердце моё бешено колотится от волнения и надежды. Только я уже не я, я не Веста, а Филипп. Я Филипп, барон Карсти, я ничего не боюсь, мне ничего не нужно, кроме этого утёса, этой расщелины у кривой сосны. Мама, мамочка, жди меня, я уже рядом, я почти дошёл! Я проснулась на рассвете, откинула одеяло, подошла к окну. За окном была широкая улица, за ней – огромные дома-соты, в которых ни души, чужой, неведомый и противоречивый мир, прекрасный и ужасный одновременно. Мне захотелось сбежать отсюда, всё бросить к чертям: этот изысканный город, полный скелетов, этого вечно хмурого Конрада, этого неприступного в своём смирении Веторио, этого вздорного Леонарда, от которого не знаешь чего ждать в следующую минуту, эту несчастную врунишку Корнелию… Бросить всё и лететь назад, к утёсу, такому родному, такому желанному и такому близкому. Всего полчаса полёта! Потом я пошла в свою ослепительную ванную, облилась холодной водой и смыла с себя это наваждение. После завтрака Веторио увёл Корнелию к себе, а мы пошли осматривать город дальше. Никогда не забуду то волшебное состояние, как будто во сне или в другой жизни: мы четверо идём по огромным заброшенным площадям, странно одетые, сами на себя непохожие; идём, и даже говорить у нас нет сил. Или слов. Осеннее солнце не жарко, но приветливо светит, ветра нет совсем, и вовсю гудят наши родные болотные комары. Лаиса в жёлто-голубом костюмчике идёт, будто летит, впереди. Её светлые волосы распущены, в волосах золотая лента. За ней следует Леонард, изрядно похудевший за две недели и потерявший былую солидность, но шагающий по-прежнему широко и мощно, как бык. За ним иду я или уже не я, а какая-то красивая молодая женщина, которая никого никогда не убивала и которую никто не отвергал, счастливая, фантастическая женщина! За моей спиной хмуро плетётся Конрад, но я его, к счастью, не вижу. Мы остановились у пересохшего фонтана, выложенного изнутри мозаикой. Я подошла к Конраду и взяла его за руки. Он не вырвался, только посмотрел отчуждённо. — Ну что с тобой? – спросила я. – Можешь ты мне объяснить, что с тобой происходит? |