Онлайн книга «Преддверие I»
|
— Так вот на кого тратится королевская казна, – усмехнулся я. — На меня?! – возмутился Альфин. – У каждого уважающего себя государства уже есть обсерватории, даже у этой дикой Озерии! Только у нас нет! — Ну и что? Зачем нам обсерватория? — Боже мой! – Он закатил глаза к потолку. – С кем я говорю! Наследник, вы хоть знаете, что Земля круглая? — Мой личный опыт говорит, что она плоская. — Вы что, умудрились посмотреть на неё сверху? — Нет. Просто много ходил. — Хо! Приходите ко мне, я посажу муравья на глобус, и уверяю вас, он ни за что не догадается, что ползёт по шару. — Прекрати дерзить, – сказал я беззлобно, – я тебе не Советник, пять минут послушаю, а потом голову сверну, как курёнку. Сидя на столе, он моргал на меня удивлёнными карими глазками. — Вот это настоящий научный спор! Вы бесподобны, ваше высочество! Но разве я виноват, что Земля круглая? Через час я прослушал обширную лекцию по астрономии, увидел огромный синий глобус с зелёными материками и ещё больший чёрный глобус, на котором белыми звёздочками были изображены созвездия. Альфин показывал мне странные рисунки со сказочными пейзажами и уверенно рассуждал о межзвёздных расстояниях. Мне всё это было интересно и почему-то казалось отдалённо знакомым, словно я это уже слышал или видел когда-то. Странное, щемящее чувство тревоги и невыполненного долга вызывали его рассказы, но, кажется, я никому ничего не был должен, кроме Эски. У Альфина было много книг, они стопками лежали на столах и на диванах, на камине и на подоконниках, он был напичкан цитатами, как бараний рулет перцем. Он немного красовался передо мной, освещая мою дремучую неграмотность, но я охотно прощал ему это. — Завтра я расскажу вам о Театре, – сообщил этот умник и довольно развалился в кресле. – Уверен, что вы не знаете, чем отличаются пьесы Гарлена от сценок Луциуса. — Пожалуй, – согласился я, – зато я знаю, какие лучше поставить подпорки для сцены и на чём крепить занавес. — Вы невыносимы! Я же говорю о Театре! — А я о жизни. Он посерьёзнел, как будто я опустил его с небес на землю. — Лучше расскажи мне, что творится у вас во дворце, – попросил я. — А что тут творится? — Не притворяйся. Я думаю, ты знаешь лучше меня. Альфин хмурил чёрные бровки и молчал. — Здесь живёт страх, – сказал я. — Не только, – усмехнулся он. – Здесь живёт разврат, и месть, и ненависть, и хитрость, одиночество и непроходимая тупость! — И ещё кое-что, – добавил я уверенно. – То, что я чувствую всем существом, как собака след, то, что я ненавижу больше всего на свете. — Что же? – Альфин смотрел на меня растерянно и почти испуганно. — Смерть, – закончил я. Он опустил глаза, помолчал немного, прикрываясь длинными ресницами, потом спокойно признал: — Да, это правда. Я понял, что держу в руках нить. И я за неё потянул: — Как это происходит? Альфину очень не хотелось после своих звёзд и книг говорить о Смерти, но теперь уже я влиял на него, а не наоборот. — Сразу, – сказал он хмуро, – человек умирает за одну ночь безо всяких причин, и всё. — Красивая женщина? — Не только. Любой человек. Например, вы. Он знал ещё много, но вытягивать из него приходилось клещами. — Я умру? — Да, – сказал он после недолгой паузы, – теперь уж обязательно. — Почему теперь? |