Онлайн книга «Невесомая»
|
Кристина опять фыркнула. Парень замолчал, то ли обидевшись, то ли пытаясь вспомнить ещё что-то интригующее. — А про печи правда, – неожиданно подал голос Макар. – Я вот, когда у дедушки жил в деревне, много про такое наслушался. Там вообще считают, что в печи живёт домовой, надо это место оберегать. И с домовым лучше дружить, он помочь может. А если с ним не дружить, то много всего происходит: вещи теряются, лампочки перегорают, трубы рвут. Или волосы могут запутаться во сне. У Али быстро-быстро застучало сердце. — Домовые только в мультиках бывают, – зевнула Даша. — Ой, да ты же сама во всякое потустороннее веришь, – недовольно сказал Влад. – Кто в новогодние каникулы тут призраков вызывал? — Так то призраки, а не домовые, – веско сказала Даша. – Всё, парни, идите к себе, спать хочется. Завтра первым уроком алгебра, Палка опять орать будет, если будем тупить. Аля ещё долго лежала в темноте, думая о призраках на новогодних каникулах – совсем ведь рядом с тем днём, когда она приехала сюда, – и о домовых, которых можно задобрить. В голове опять всплыли Дашины слова о треснутых зеркалах и о том, что в них нельзя смотреться. А потом – воспоминание о ночном стуке в дверь. О постоянных ночных блужданиях, которые прекратились после Никитиного браслета, а потом опять появились, стоило Але только его снять. И о ночных кошмарах, лопающихся лампочках и трубах. И о комнате с одеяльным коконом, медленно поворачивающимся в её сторону. Что это всё может значить? Чем это всё может быть? Ясно, что чем-то кровожадным, жестоким, не останавливающимся ни перед чем. Что ему надо? Вряд ли что-то хорошее. Но почему это нечто привязалось к ней, к Але? Или… не только к ней? Даша точно что-то знает, но не говорит. Может, что-то знает и Никита. Иначе откуда у него такие волшебные браслеты, от которых отступает всё потустороннее? Но у Никиты что-то выяснять почему-то было ещё страшнее, чем снова остаться в комнате наедине с этим потусторонним нечто. А может, даже и Кристина в курсе, что за чудище бродит здесь по коридорам. Но она Але точно ничего не скажет. Вот и получается: выяснить, что происходит, не у кого. Только выискивать самой. А где выискивать, непонятно. * * * Дни тянулись, как остывшая спагеттина из тарелки. Уроки, тренировки, репетиции, потом снова тренировки – уже ночные, индивидуальные, чтобы не отставать от Кристины. Ночью приходилось быть очень осторожной. В общежитии посменно работали три комендантши. Ночами они были обязаны обходить все этажи каждые три часа – так было написано в графике обходов возле их поста. Но на деле они либо смотрели телевизор возле входа на первом этаже, либо спали в подсобках. Также на каждом этаже в ночные часы должны были дежурить воспитатели – старшие по этажу, у них были свои комнаты в конце коридора. Но на девчачьем этаже, в их крыле, Аля ни разу не видела воспитателя. Зато из крыла младших частенько доносились зычные окрики. Да и у мальчиков постоянно кто-то дежурил. Так что отрезок пути возле левого крыла и площадку на первом этаже Аля старалась пролетать быстрее. Иногда приходилось пережидать обход комендантши, прячась в нишах за колоннами, но чаще всего никто Але на пути не попадался. Каждый раз девушка обмирала от страха: если её поймают, наверняка будет выговор. Но при этом в голове звучала и другая мысль: может, если Розе Викторовне доложат, что она занимается ночами, та восхитится её стойкостью и сменит гнев на милость?.. |