Онлайн книга «Любимая кукла Тодда Эддерли»
|
Несмотря на трагичность ситуации, Лиззи ликовала. У нее появился прекрасный повод остаться у Филипа, не вызывая лишних подозрений. — Какое горе! – воскликнула она. – Должно быть, доктор, вам нужна помощь? Раз уж миссис Парсон не сможет больше находиться с девочкой, я могла бы побыть с ней. Наверняка вы не спали всю ночь и теперь нуждаетесь в отдыхе. Мария посмотрела на Лиззи с восхищением, однако в ее взгляде читалась и тревога. — Но ведь вы сказали мистеру Эддерли, что вернетесь совсем скоро… – неуверенно проговорила она и тут же опустила голову, когда Лиззи резко повернулась к ней. — Не будь такой жестокой, Мария, – укорила ее Лиззи. – Ступай в лавку и объясни мистеру Эддерли, что произошло. Мой муж не настолько черствый, чтобы по своей прихоти оставить больного ребенка без присмотра. Сказав это, Лиззи вновь взглянула на Филипа и не без удовольствия заметила на его лице облегчение. Да, он тоже нуждался в ее обществе. Когда Мария, приняв указание хозяйки, безропотно скрылась за дверьми, Лиззи, лукаво улыбнувшись, бросилась обнимать Филипа. — О, как я по тебе скучала! – воскликнула она, покрывая его лицо поцелуями. Филип мягко отстранился от нее, и во взгляде Лиззи отразилось непонимание. — Прости, – сказал он без тени улыбки. – Мне сейчас не до этого. Лиззи разочарованно посмотрела на доктора, а он молчал, не зная, что добавить. — Я тоже скучал по тебе, – выговорил он наконец. – Но эта девочка умирает, и я не могу освободиться от мысли об этом. Теперь она поняла его. Давно забытое чувство ответственности за чужое несчастье – чувство из прошлой жизни – всплыло в ее памяти. Она вновь приблизилась к нему и осторожно коснулась ладонью его горячей щеки. — Не нужно, – сказала она. – Не позволяй себе так сильно вовлекаться в чужое горе. Тебя обвинят в ее смерти, и от этого никуда не деться. – Она подошла к нему плотнее, внимательно заглядывая в его глаза. – Я врачевала, но это не обернулось никакой благодарностью. Люди недостойны жалости, Филип. Он осторожно убрал ее руку со своего лица и покачал головой. — Я знаю о твоем опыте, но это совсем другое. Она невинный ребенок, а я ничего не могу сделать, чтобы помочь ей. Лиззи сжала губы, раздражаясь на его бескорыстное человеколюбие. — Ты хочешь, чтобы я ушла? – вскинув подбородок, спросила она. Филип снова покачал головой и взял ее за руки. — Я хочу, чтобы ты осталась, – тихо сказал он, и его глаза заблестели. – Хочу, чтобы ты помогла мне справиться, как делала это раньше. В комнате было пусто. Казалось, что там был только он и единственная свеча на столе, слабо озаряющая его лицо. – Он умер, – сказал Филип, всматриваясь в пустоту. Он не ждал, но продолжал надеяться, что сможет разглядеть в ней очертания женского лица. – Я не справился. Пустота, заполнявшая комнату, медленно скомкалась в тень, невидимую, но ощущаемую. – Ты сделал все, что было в твоих силах? – послышалось из тени. Филип молчал, восстанавливая в памяти все способы, которые он пробовал, чтобы сохранить пациенту жизнь. – Да, – глухо произнес он. – Значит, это было неизбежно, – мгновенно ответила тень. Филип понуро покачал головой, не допуская даже мысли о том, чтобы себя оправдать. – Возможно, я мог сделать что-то еще, – проговорил он так тихо, что услышать было невозможно. |