Онлайн книга «Позовите Малену. Ей доверяли жизнь»
|
Воодушевление норолянцев мгновенно сменилось ледяной тишиной. Малена почувствовала, как к глазам подступили слезы, сглотнула, но удушающий комок в горле не давал произнести ни слова. Она смотрела на мужа и не могла заставить себя подойти. Одежда на Джованни висела мешком, взгляд был измученным, а сам он словно постарел на несколько лет. В иных обстоятельствах Малена с трудом бы его узнала. Ей пришлось усилием воли убедить себя, что это ее муж и что ее долг подойти и встретить его. Отец солдата поднялся с базальтовой плиты у входной двери – той, с которой обычно садились верхом, – и вышел ему навстречу, едва слышно произнеся: — С возвращением, Джованни. Следуя примеру старика, мэр тоже шагнул вперед и слегка хлопнул солдата по плечу, стараясь скрыть смущение. Одна лишь тетка Дзицца бросилась обнимать покачивающегося на костылях сына, чуть не повалив его на землю. И ее отчаянный крик разорвал всеобщее молчание: — Что они с тобой сделали, сыночек мой дорогой? Никто не осмелился вмешаться. — Где его нога? Где? Где, я вас спрашиваю? – причитала старуха сквозь слезы, колотя кулаками в грудь одного из молодых военных. Мимина взяла Малену под руку и подвела к Джованни. Супруги обнялись и не смогли сдержать слез. 6 — Давай помогу. Малена еще не пришла в себя. Она отложила все расспросы на потом и сосредоточила внимание на одном: чтобы мужу было хорошо дома. Пожалуй, даже слишком много внимания – вот хотя бы этот стул, который она придвинула к нему. — Не надо, я сам. Дорога меня измотала… И все остальное тоже. На кухне, на накрытом к обеду столе – готовила в тот день тетка Дзицца, – дымились маллореддус[4] с рагу из потрохов, курица в белом вине с картошкой и лепешки из рикотты с лимоном; еда занимала почти весь стол, источая праздничные ароматы. Этот обед должны были разделить с ними все соседи, помогавшие с приготовлениями, но никто так и не решился остаться. С отрешенным взглядом Джованни положил себе в тарелку такую гору еды, что часть вывалилась на льняную скатерть с прорезной вышивкой. В последний раз Малена стелила ее по случаю первого причастия Розы. Дети молча смотрели, как отец кладет себе всю эту вкусную еду, и боялись, что ни им, ни бабушке с дедушкой ничего не достанется. — Почему он так странно себя ведет? – вполголоса спросил Даниэле у матери, уткнувшись лицом ей в плечо. Пожилые родители тоже смотрели на Джованни с удивлением – никогда раньше они не видели его таким. Наоборот – накладывая себе еду первым, он всегда оставлял детям кусочки получше. Так же обычно поступала и Малена. Теперь же Джованни не знал, что делать со всем этим изобилием, о котором так долго мечтал. Аппетит пропал с первого же куска. Он с трудом, почти не жуя, проглотил немного курицы и одну лепешку. Вся семья смотрела на него и на тарелку, в которой он бесцельно ковырялся руками и вилкой. — Будто помои свиньям мешает, – прошептала Роза, прикрыв рот рукой так, что ее услышал только брат. Даниэле придвинул стул поближе к матери, словно в поисках защиты. — Что делает бабай? — Мы так молились, чтобы он вернулся. – Малена прижала его к себе. — Нехорошо переводить еду – это грех. – На этот раз Роза заговорила чуть громче, хотя и робко. Джованни не ответил. Старики тоже молча держали вилки в руках и смотрели на этого далекого, незнакомого им сына. |