Онлайн книга «11 лжецов»
|
— А почему провалилось последнее обвинение? — Он искал ее связи с контрабандой через границы графства. Рассчитывал выйти на поставщика детей-курьеров, но не сумел. — Значит, вот что он искал. И нам нужно двигаться в том же направлении. Дэни на мгновение замолкает. — Что такое? – спрашиваю я. — Что, если окажется, что он был прав? А я ему не поверила? Я качаю головой. Я слишком хорошо знаю, насколько опасными бывают все эти “что, если”. — Ты делала то, что считала правильным в тот момент, – говорю я. – Это все, что можно требовать от человека. Дэни кивает. — Узнал что-нибудь еще от Бетти? — Клуб строил сын преподобного Уизерса. — Я даже не знала, что у него есть сын. — Он давно покинул наш район, если вообще еще жив. Хотел бы я его разыскать. — Я не могу снова пойти в отделение, – отвечает она, допивая кофе. – Я и вчера-то рисковала. – Она делает паузу. – Но я могла бы попросить Карен Кук. Я снова качаю головой: — Не стоит. — Почему? Мне кажется, она хочет помочь. — Я ей не доверяю, – отвечаю я. – Если бригада судебных экспертов не нашла нож, значит, его нашел кто-то другой. В ночь пожара единственным человеком, кто знал о ноже, была Карен Кук. Глава 46 — Это все-таки натяжка, – говорит Дэни. – В прошлом у нас с ней бывали конфликты, и мне не нравится, как она ведет себя на работе, но она хороший полицейский. — По какой-то причине кто-то хотел избавиться от ножа. — Откуда мы знаем, что это Карен? — А откуда мы знаем, что это не она? Я улыбаюсь и спрашиваю Дэни, участвует ли она в понедельник в реконструкции. — Это важно для Мэта. Я ищу, как помочь ему вернуть себе прежнюю жизнь, которую он так любил. Я тянусь через стол и беру Дэни за руку: — Это я понимаю, но где во всем этом ты сама? — На данный момент, Бен, это и есть я сама, – отвечает она и убирает свою руку. По ее тону ясно, что она не хочет это обсуждать. Официант подходит убрать со стола. Я откидываюсь на спинку стула. — Вчера днем я поднимался на Хадли-Хилл, взглянуть на твой старый дом. — Это не совсем мой старый дом. После пожара его полностью перестроили. — Ты больше туда не возвращалась? Дэни качает головой: — Думаю, папе было слишком тяжело жить с воспоминаниями о маме. Ему нравился Хадли, но он не мог там оставаться. Мне было пять, когда мы переехали в Клапем. — Я встретил женщину, которая живет по соседству, – говорю я. – Она, кажется, жила там тогда же, когда и вы. — Я ее не помню, – отвечает Дэни, отодвигая назад стул. — Может, как раз эта соседка помогла вам выбраться из огня? Она жила рядом. — Может, и она – папа никогда об этом не говорил. – Дэни встает и отходит к барной стойке. – Я заказала тебе еще кофе, – возвращаясь, говорит она. — После переезда в Клапем вы с отцом всегда жили вдвоем? Дэни кивает: — Я ждала, что мама вернется домой, но так и не дождалась. Я часто ставила на стол лишнюю тарелку и говорила папе, что это для мамы. В конце концов, я думаю, ему было проще ничего не менять. — Прости. — За что? Мы с ним делили память о маме, делали ее реальной. Она была для него всем, и она так меня любила. Невыносимо видеть, как непоколебимо Дэни верит в то, что мне рассказывает. Я меньше всего хочу копаться в ее детских воспоминаниях, но, если я должен выяснить, кто убил Анжелу Каш, боюсь, другого выхода у меня нет. |