Онлайн книга «Предатель. Цена прощения»
|
— А их не будет. — Тогда и подписи не будет. Можешь делать, что хочешь, - смотрю ему в глаза. Пытаюсь взглядом передать. Что я не отступлюсь. — Какая же мерзкая бабища! – лицо искажает гримаса отвращения. – Жду не дождусь, когда тебе голыми руками шею сверну. Он уходит, громко хлопнув дверью. Остаюсь одна, терзаемая жуткими догадками. Я могу сколько угодно гадать, но правды я все равно не знаю. Еще и темнота страху нагоняет. Неведение… жуткая пытка. Время тянется слишком долго. Я без понятия, сколько проходит, когда дверь открывается. Герман снова хватает меня за волосы и тычет в лицо телефоном. На экране Родион, с царапиной на щеке. Связанный. Живой. Смотрит на меня своим не по годам умным взглядом. — Убедилась, - отбрасывает меня от себя. – Я принес документы, твой телефон. Переводи бабки и подписывай документы. И я понимаю, что мне никак этого не отсрочить. Сейчас подпишу, и все… он просто свернет мне шею. Может, еще поиздевается. Но из этого подвала я живой не выйду. У меня нет идей. Кроме одной. Жалобно всхлипываю. Закатываю глаза и падаю на землю. Надеюсь, у меня правдоподобно получилось обморок сыграть. — Вставай, тварина, - слышится его рык, а дальше на меня сыпятся удары. Они следуют один за другим. Я уже не разбираю куда он попадает. И боль не так страшна, как страх за детей. Молюсь только об одном, чтобы с ними все хорошо было. — Поднимайся! Или я сейчас… - что-то холодное проходится по моей руке. Нож… что ли… Но я не открываю глаз. Я продолжаю прикидываться без сознания. Как бы мне тяжело не было. Звонок на его телефон. Герман матерится. Хлопок двери. Остаюсь одна. Пошевелиться уже нет сил. Тело ломит. А страх и вовсе скручивает. Мои дети… У них останется Степа… каким бы он ни был, а о детях позаботится. Есть Адам, мои друзья… Прости меня Никита… из-за меня ты лишился жизни. Я мысленно со всеми прощаюсь. Горькие слезы текут по щекам. И в какой-то момент тьма забирает меня к себе. Проваливаюсь в забытье. А просыпаюсь от очередных ударов. Мой мучитель вернулся и продолжает. Не знаю, откуда у меня берутся силы не обронить ни звука, дальше претворяться, что я без сознания. Но я держусь ради моих детей… А потом удар, а мне не больно. Еще один удар. Снова боли нет. Не сразу понимаю, что бьют не меня. Только когда слышу всхлипы Германа. Фонарь валяется на полу, но как-то в стороне. Так что я могу различить только два силуэта. Удары, хруст костей, хрюканье, будто режут свинью. Это продолжается… как по мне то долго… А у меня в глазах двоится. Плохо вижу. Меня то мутит, то в глазах темнеет. Побои дают о себе знать. — Ви, девочка моя, я тут. Все будет хорошо. Держись, любимая, - голос… этот голос из далекого прошлого… Мне это снится. Галлюцинации. Этого просто не может быть. — Ты не настоящий… - шепчу. Говорить сложно. — Настоящий. И я тут. Я больше не отпущу тебя… — Степ, ты мне мерещишься… Спаси наших сыновей… Родион… и наш малыш они в опасности… - озвучиваю все, пока темнота меня не забрала снова. – Пусть призрак услышит. Пусть поможет… — Они в безопасности. — Наш сын… птица сказал, что один звонок и его не станет… – темнота на миг расступается, и я отчетливо вижу лицо Степы, его глаза… он больше не робот. В них столько эмоций. Значит точно мерещится. |