Онлайн книга «Развод в 47. Я тебя никогда не любил»
|
Ему хочется ответить, что всего две недели назад, это было одно из любимых украшений супруги. Но он молчит, эта информация будет лишней. — Ты знаешь, я не любитель скандалов. Но я прошу тебя, чтобы впредь подобного не было. Если ты все еще хочешь жениться на моей дочери, — ее голос льется словно патока, но в нем присутствует предупреждение. А Влад заводится, потому как меньше всего со Златой он хочет говорить про Азалию. Еще когда она сидит на рядом с самодовольной рожей и качает ногой. Типа вот получай! Он не сопливый юнец, чтобы его носом тыкали! — Мы с Азалией сами разберемся, Злата, — отвечает сдержанно. Если бы она знала, почему он реально решил жениться на ее дочери, Влад мысленно усмехается. Он любит, давно и безнадежно, но это не значит, что он ничего не знает. Все ее секреты Владу известны, и его действия покажут Злате ее место. Совсем скоро она придет к нему, преклонит голову перед победителем. А пока… пока он сыграет в ее игру, пусть думает, что у нее все под контролем. Глава 30 Оля — Это треш, — Таисия качает головой. — Прости, мне так жаль, такое от дочери услышать, — она хватается за голову. — Еще и обворовали! Они что голодают? — Ты меня прости, что я тебя в это втянула. Еще угрозы тебе пришлось слышать. Я этого не хотела, — мне неловко, что подруга из-за меня наслушалась. У нее своего горя хватает. И тут я еще со своими разборками. — Ой, да что его угрозы. Все что могла его мать уже сделала. Теперь я возмездия хочу. Потому уверена, не просто так нас судьба связала. И я уже ворона пуганая, меня таким не проймешь. — Недооценивать противника нельзя, Тая. Я займусь поисками квартиры. Не хочу подвергать тебя опасности. — Ой, а они все равно уже знают, что мы в связке. Так что не отстанут, — отмахивается. Страха действительно не чувствую в ней. Ее так просто не запугать. — Тогда давай пока все не разрешиться со мной переедешь? — Посмотрим, возможно, ты права, мне смена обстановки не повредит. Если они будут знать где мы, то паломничество не закончится. — Угу, — морщусь. Воспоминания о словах дочери покоя не дают. Больно, что девочкам, которым жизнь посвятила, я теперь как кость в горле. Потому как у них великие планы с папой, а меня за ненадобностью можно выкинуть. Что ж насильно мил не будешь. Они выросли пусть живут, как считают нужным. А мне раскисать нельзя. Снова заталкиваю боль как можно глубже. — А Давид, ты что-то о нем знаешь? — Практически ничего. Я видела его малым. Потом он уехал. Ну и вот вернулся уже взрослым, — пожимает плечами. — Такой приходит, я тетя к тебе поздороваться, ты против моей семьи прешь, воду мутишь, так прекрати. Если своя жизнь не сложилась, так нечего ее портить другим. Иначе разговор у нас будет иным, — морщится. — Говорил типа вежливо, такой интеллигент, и этот акцент его. У него жена волнуется, в семье непростые времена, а я его тещу настраиваю против семьи. Стыдил меня. — А про украшения он не знал, — протягиваю задумчиво. — Что-то мне кажется, его как-то используют. По большей части вслепую. С этим вопросом надо разобраться. Информация, в нашем случае — это оружие. Мы еще долго обсуждаем с Таисией ситуацию. Ложимся поздно. А будит меня звонок от Иры. — Мам, мы тебе твои безделушки привезли, сейчас придем, — обиженным голосом выдает, без приветствия. |