Онлайн книга «Пара на один вечер»
|
Вике показалось, что в этот момент он смотрит на неё не как на копию жены, а как на кого-то совершенно другого. Следующие дни превратились для Виктории в бесконечный, изматывающий марафон. Каждое утро начиналось с уроков этикета, которые проводил личный ассистент Александра — сухая, похожая на хищную птицу женщина по имени Элеонора. Они изучали меню ресторана, где пройдет бал, разучивали до автоматизма движения вальса, учились правильно держать бокал с вином — за ножку, тремя пальцами, именно так, как это делала бы София. Больше всего Вику пугало зеркало в её гостевой комнате. Каждый день она надевала платья, которые пахли чужим парфюмом и нафталином — вещи покойной жены. Она повторяла фразы, которые когда-то принадлежали другой женщине, копировала её смех. И каждый вечер, снимая дорогие туфли и падая на кровать без сил, она смотрела на своё отражение и видела там призрак. София вытесняла её, Вику Плешакову, из собственного тела. — Я не могу стать ею, — призналась она однажды вечером, когда они репетировали танец в бальном зале. Нога соскользнула, и Вика чуть не упала. — Я чувствую себя самозванкой. Мошенницей. Я не знаю, как она дышала. Мужчина остановил музыку. Он подошел к ней, взял её ледяные руки в свои — теплые, чуть шершавые — и посмотрел с такой неожиданной, обжигающей мягкостью, что у Вики перехватило дыхание. — Вы не должны становиться Софией, — поправил он тихо. — Вы должны стать той женщиной, которой она хотела, чтобы я стал. Той, которая смотрела на мир без страха. Он кивнул на картину в углу зала (он перевез её сюда). — Знаете, почему София выбрала именно «Две тени»? Потому что она всегда говорила, что её миссия — помочь мне избавиться от моей второй тени. От той части меня, что боялась любить до дрожи. Эти слова ударили под дых. Виктория вдруг осознала всё с пугающей ясностью. Он ищет не копию жены. Он ищет спасение от собственного одиночества. Он хочет, чтобы кто-то разрешил ему жить дальше. И что, если эта безумная сделка нужна ему не столько ради памяти, сколько ради будущего? За три дня до бала Александр отвез её в Лондон. Частный джет, стерильный воздух, другой часовой пояс. Здесь, в старинном каменном доме в Хэмпстеде, который он называл «семейным гнездом», Вика увидела другую сторону истории. Фотографии Софии были повсюду. На рояле, на каминной полке, на стенах. Но они не вызывали у Вики ревности или желания бежать. Они вызывали тихую, глубокую жалость. На одной из фотографий женщина смеялась, стоя на залитом солнцем пирсе. Рядом — молодой, счастливый Александр. Их руки переплетены так крепко, что казались единым целым. В их глазах было то самое счастье, которое невозможно сыграть. — Это наш последний совместный отпуск, — голос Александра за её спиной стал хриплым. — Мы приехали сюда, чтобы начать всё с чистого листа. Купить дом, завести собаку... Через неделю после этой фотографии у Софии поднялась температура. В местной клинике ей поставили диагноз. Вика почувствовала, как к горлу подкатывает тугой, горячий ком. Она внезапно, кожей поняла, насколько хрупким, как яичная скорлупа, может быть человеческое счастье. — Как вы... как вы вообще дышите? — вырвалось у неё. Александр пожал плечами, но это был жест сломанного человека. В его серых глазах, отражающих свет торшера, блеснула влага. |