Онлайн книга «Развод. Ржавая любовь»
|
— Готова, — пожимаю его сухую, шершавую ладонь. — Давите, Феликса. Раскопайте его авгиевы конюшни. — Принял. Понял. На связи. От адвоката выхожу явно в приподнятом настроении. Что-то мне подсказывает, этот человек именно тот, кто мне нужен. Пью кофе в небольшом кафе. И еду на встречу к психологу. Если я готова к грязи, потому что знаю, потом будет очищение и свобода. То сын любит отца и для него это будет ударом. Только захожу в приемную к психологу, как телефон звонит. Смотрю на экран: «Ирина Валерьевна. Директор. С.» В груди сразу тревога расползается. Так просто директор садика не будет звонить. — Слушаю, — нервно сглатываю. — Майя Сергеевна, у нас тут неприятность произошла, Гена подрался с девочкой. У нее есть травмы, — сообщает встревожено. — Что? Гена? — Не по телефону. Приезжайте быстрее. Тут разъяренный отец девочки… и… мы вас ждем. Глава 21 Срываюсь с места. Запрыгиваю в машину и мчу к садику. В голове не укладывается, какая еще драка? Травмы? Мой Гена вообще милый ребенок. Не агрессивный. Что там произошло? Феликс? Люба? Первая мысль, что они что-то учудили. Больше думать не на кого. С Геной никогда проблем не было в садике. Он совсем не конфликтный ребенок. И чтобы из-за него девочка травмировалась… в голове у меня не укладывается. Выбегаю из машины и как угорела мчу к садику. Мой охранник стоит на месте. Но у меня нет времени останавливаться и с ним говорить Практически бегу по тропинке к зданию. Открываю дверь и врываюсь внутрь. Первое кого вижу — мужчина. Даже в моем состоянии отмечаю, что он похож на голливудского актера. Темноволосый, благородная седина на висках, правильные черты лица, черное пальто. Он создает образ мрачного, таинственного героя. Я даже замедляю бег. Не знаю, что в нем такого… но он притягивает взгляд. — О, а вот и Майя Сергеевна, — из-за угла показывается директриса. — А у нас тут ЧП, — качает головой. — Так это мать парня, едва не покалечившего мою дочь? — взгляд мужчины загорается. Он делает шаг ко мне. — Подбирайте слова, говоря о моем сыне! — иду ему навстречу. Мы скрещиваемся взглядами. У него практически черные глаза и там огонь, яркий, обжигающий, яростный. — Майя Сергеевна, это Владислав Андреевич, он отец Мии. Девочка сейчас находится в медпункте. Там ее осматривают. И Владислав Андреевич вызвал своих врачей. — Вы как воспитываете сына, что он на детей бросается! — рычит мне в лицо мужик. — Я пока не знаю, что произошло. Не смейте обвинять моего ребенка! Пока не доказано обратное, Гена не виновен, — отвечаю в тон ему. — Что произошло? Моя дочь упала! Она ударилась головой! И все «благодаря» — делает кавычки длинными, ухоженными пальцами, — Вашему сыну. — А я не верю, что мой сын виноват. — Серьезно? А слова воспитателя для вас ничего не значат? — Я их не слышала! — Я слышал! — А вы кто? Что я должна вам на слово верить? Я верю в своего ребенка, знаю его. За Гену я готова его разорвать. У этого мужика такие же мысли в отношении меня. Они ярким маркером у него на лице написаны. — И я знаю, что по вине вашего отпрыска моя дочь сейчас находится в медпункте. А все могло быть намного печальней. Вот после такого воспитания бандюки и вырастают! — выплевывает мне в лицо. Тут я не сдерживаюсь. Во мне все вскипает, и одновременно очень четко вспоминаются уроки Максима. Потому прежде, чем успеваю, что-то сообразить мой кулак летит ему в челюсть. |