Онлайн книга «Любовь с длинными ушами»
|
Она поведала о маленьком ручье за конюшней, о камышах и месте, где ветер собирал листья в золотистые вихри. Алексей слушал, а сам думал о том, что ещё недавно непременно потребовал бы объяснить, почему она сначала разговаривала с Графом. Теперь ему хотелось только одного: чтобы она продолжала рассказывать, иногда сбивалась, смеялась над собой и не замечала, как быстро наступают сумерки. Глава 21. Почти свободный осёл На третий день выяснилось, что Кристина приехала не только жаловаться. Она записала мать на обследование в городскую клинику, потому что Агафья всё чаще хромала по утрам, а на прошлой неделе едва не упала с крыльца. Старуха сперва объявила, что не собирается тратить время на докторов, которым всё равно нечего ей сказать, кроме слова «возраст», затем потребовала узнать, кормят ли там прилично, и, наконец, согласилась поехать на два дня при условии, что за хозяйством присмотрит сосед Степан Ильич. — Только осла моего не перекорми, — распорядилась она, вручая соседу ключ от сарая. — Он у меня хитрый. Будет смотреть голодными глазами, будто неделю не ел, а сам только что полведра овса умял. — Понял, Агафья, — кивнул Степан Ильич. — У меня у самого внук такой. Кристина погрузила сумки в машину, бросила на Бонифация рассеянный взгляд и уехала вместе с матерью. Алексей проводил их до калитки и некоторое время наслаждался тишиной. Потом обнаружил, что без привычного стука Агафьиной палки двор кажется подозрительно большим, а работа, которую она обычно находила ему с самого утра, почему-то никуда не исчезла. — Свобода, — торжественно объявил Шкет, выскакивая из-под крыльца. — Можем делать всё, что захотим. Я, например, хочу к щенку. А ты? — Я бы хотел хотя бы один день провести без тележки. — Какие у тебя мелкие мечты. Раньше, помнится, ты хотел выбраться отсюда вообще. Алексей задумался. Действительно, раньше он готов был отдать всё за возможность уйти. Теперь первая мысль при слове «свобода» была о том, что Сильва, вероятно, скоро выйдет в загон. Однако именно в этот день её увели на дальний тренировочный луг, куда с утра отправился и Граф. Алексей обошёл свой двор, проверил ограду, выпил воды, снова проверил ограду и с некоторым раздражением понял, что отсутствие работы ещё не означает наличия приятных занятий. Шкет, которому наскучило наблюдать за этим беспокойством, предложил навестить щенка и заодно помочь старушке принести с дороги рассыпавшиеся поленья. Алексей согласился без особого энтузиазма, но уже через полчаса втянулся: маленький пёс носился вокруг него, уверенный, что огромные уши предназначены исключительно для развлечения, а хозяйка сторожки так искренне благодарила за помощь, что он даже не стал объяснять, насколько неудобно поднимать поленья зубами. К вечеру Сильва вернулась усталая, с репейником в хвосте и таким довольным выражением, что Алексей сразу понял: день у неё выдался прекрасный. Он хотел было сказать, что тоже замечательно провёл время, но в этот момент Шкет с гордостью объявил, что Бонифаций помогал старушке и целый час терпел, как щенок пытается откусить ему хвост. — Вы могли бы просто отдохнуть, — удивилась Сильва. — Мог бы. Но у них поленья по всей дороге валялись, а у Шкета такой вид, когда он за кого-то волнуется, что легче согласиться на всё сразу. |