Онлайн книга «Мой светлый ангел»
|
— Так уезжайте отсюда! — почти выкрикнула я. — Вас никто здесь не держит! И терпеть ничего не придется! — Уеду, — спокойно ответил Навроцкий. — Послезавтра. Вместе с тобой. Можешь не беспокоиться, с Полиной Павловной я объяснюсь. Ты уж решила, будто я подлец. Я далеко не ангел, это верно. Но подлецом никогда не был. — С вашим появлением жизнь Светлого перевернулась с ног на голову. Вы принесли нам раздоры и несчастья! — Спорить не буду, — пожал плечами Владимир Александрович. — Это, так сказать, моя особенность. И я уже сказал, что не собираюсь здесь задерживаться. Только заберу ту, за которой приехал. Он вдруг придвинулся ко мне почти вплотную. — Вот сижу тут, спорю с тобой, а на душе тепло и хорошо, — тихо сказал он. — Если бы было можно, схватил бы тебя в охапку и увез прямо сейчас. Такая необычная, смелая, такая красивая… От его слов меня бросило в дрожь. Я невольно сжалась, и Навроцкий это заметил. — Ты не хочешь ехать со мной, я знаю, — сказал он. — Но не понимаю почему. Я не обижу тебя, клянусь. Маша, ты умная, образованная, в отличие от своей барышни, девушка. Разительно отличаешься от других крепостных. Неужели тебе никогда не хотелось уехать из этой деревни? Вот змей-искуситель! Уехать, чтобы увидеть незнакомые города, увидеть горы, море и корабли… Хотелось, еще как хотелось! Особенно когда я читала о приключениях и путешествиях, когда слушала рассказы старичка-англичанина, когда видела во сне диковинные страны. Думать об этом я позволяла себе лишь украдкой, перед сном, чтобы не замечтаться до зеленой тоски. Какие мне, крепостной девке, путешествия? Разве что, господа куда с собой возьмут. Да только Кротовы далеко никогда не ездили. А Навроцкий продолжал: — Я бы мог показать тебе много красивых и величественных мест. Не только Петербург! Париж, Рим, Венецию… Ты ведь любишь читать? У меня есть большая библиотека, и вся она будет в твоем распоряжении. Или музыка? Я мог бы привести тебя на концерт лучших музыкантов России! Мог бы подарить прекрасный инструмент, на котором ты была б вольна музицировать дни напролет. — Не много ли чести для обычной холопки, барин? — невежливо перебила я. — Поете вы слаще соловья. Да только зачем, если все равно увезете из дома вне зависимости от моего желания? — Я хочу, чтобы ты уехала со мной без страха и отвращения, — сказал Владимир. — Я видел, как сегодня днем ты улыбалась тому высокому лакею. Ты улыбаешься всем, кроме меня. Мне очень хотелось бы увидеть в твоих глазах нежность, а не презрение. Я коротко вздохнула. — В Светлом живут дорогие мне люди, — тихо сказала я. — Мама, Полина, братья и сестры, отец. Всем им требуется моя помощь, моя поддержка. Как могу я по своей воле бросить их и уехать? Неужели вы этого не понимаете? Неужели у вас нет близких, которых вы не оставили бы ни при каких обстоятельствах? Лицо Навроцкого окаменело, даже глаза-стекляшки потускнели. — Нет, — сказал он, поднявшись со скамейки. — Я один на свете. Потом повернулся ко мне спиной и бросил: — Поздно уже. Пора спать. И быстрым шагом вышел из зимнего сада. Глава 6 Усадьба Кротовых. 1826 год На следующее утро случилось сразу два происшествия. Во-первых, в гости к Кротовым, как и обещал, зашел отец Сергий. Павел Петрович с Полинькой ему обрадовались, Навроцкий остался невозмутим. |