Онлайн книга «Развод. Извинений не дождешься!»
|
Я молчу. Происходящее просто не укладывается в голове! Как такое может быть? Я шла сюда за трудовой книжкой, а теперь мне предложили работу с двойным окладом и под крылом самого декана. — Я согласна, — выдыхаю я после коротких раздумий В конце концов, кто я такая чтобы отказываться от работы мечты? — Спасибо, Сергей Анатольевич. Я не подведу. — Знаю, что не подведешь, — он хлопает меня по плечу и уже тянется к дверям. — Ладно, иди, оформляй перевод. Я все бумаги подпишу. Он выходит из кабинета, а я все еще остаюсь стоять на пороге кабинета. Мне нужно несколько секунд, чтобы это переварить. Когда первый шок сходит, я медленно выхожу из кабинета декана, минуя приемную и оказываюсь в коридоре. Дверь за мной закрывается, и я остаюсь одна в длинной пустой галерее. Голова идет кругом. Меня только что перевели! Перевели в лабораторию самого декана! Бубнов и Адель от зависти изведутся, когда узнают, что меня не просто не уволили а ещё и под крыло декана взяли. Иду по коридору, смотрю под ноги. Каблуки цокают по кафелю мерно, успокаивающе. Я уже сворачиваю к лестнице, когда случайно поднимаю голову и натыкаюсь взглядом на стенд с объявлением. Оно большое, почти на пол-листа ватмана, и в жирной рамке. ВНИМАНИЕ! Защита диссертации А.А. Корсак переносится на 25 мая. Актовый зал, 11:00. Присутствие всех аспирантов и научных сотрудников обязательно. Я застываю. Двадцать пятое мая. Через неделю всего. Не через месяц, даже не через три, как планировалось. Через семь дней. А все материалы должны быть готовы уже через неделю. Бубнов ускорил процесс. Боится, что я что-то предприму. Хочет побыстрее протащить Адель, пока всё не вскрылось. Пока я не успела собрать доказательства. Пока Соколов не нажал на все рычаги. Он торопится. Значит, боится. Я смотрю на объявление и чувствую, как внутри что-то закипает. Холодное, решительное. Я тотчас вспоминаю напутственные слова Соколова. «Позволим ей выйти на защиту. Пусть выйдет. Начнёт говорить. Начнёт доказывать, что это её работа. А я позабочусь о том, что будет дальше. А ты кое в чём должна будешь мне помочь». Помочь! А ведь точно! Я пока так и не сделала то, о чем он просил. А сроки уже поджимают. Я оглядываюсь по сторонам. В коридоре пусто, только уборщица возит шваброй в дальнем конце. Момент подходящий. Студенты сейчас на парах. Адель в лаборатории, а Бубнов наверняка сейчас пытается предпринять все возможное, чтобы очистить свою репутацию после ночного провала в общаге. Я срываюсь с места и иду по коридору. Руки не трясутся, дыхание ровное, шаги размеренные. Несмотря на то, что я должна украсть у Адель флешку с материалами диссертации, я почему-то чувствую себя спокойно. Я сворачиваю в боковой коридор. Здесь тихо. Лаборатории на этой стороне почти пусты, все разошлись по домам или сидят в своих углах. Кабинет Адель расположен в конце коридора, вторая дверь направо. Ручка поддается легко — не заперто. Конечно, не заперто. У нас почему-то не принято двери запирать. Кому-то реактивы понадобятся, кому-то дистиллят. Вот и устраивают вечно проходной двор. Я захожу внутрь и прикрываю за собой дверь, оставляя маленькую щелочку, на случай, если кто-то пойдет по коридору. Кабинет маленький, заваленный бумагами. Три стола, два стула, шкаф с методичками, доска, исписанная формулами. |