Онлайн книга «Кости сердца»
|
Хочется рассказать ей про поцелуй. Это странное чувство – желание открыться другому человеку. Про Дакоту я не рассказывала даже Натали. Мне было слишком стыдно в таком признаваться. Тихонько стучу в дверь Сариной комнаты, боясь перебудить остальных. Сара не отвечает. Наверное, она еще на пляже. Я приоткрываю дверь, чтобы в этом убедиться, и тут же ее захлопываю. Сара с Маркусом лежат в кровати, он сверху. Они одеты, но все же я такого не ожидала. Отхожу от двери, а потом вспоминаю просьбу Сары о каком-нибудь намеке. Снова возвращаюсь в ее спальню. Они с Маркусом прекращают целоваться и смотрят на меня. Я подхожу к кровати и поднимаю руку. Сара со смехом бьет меня по ладони. — Так держать! – шепчет она мне вслед. 17 Последние несколько дней были самой благостной, самой безмятежной, лишенной всякого стресса порой в моей жизни. Похоже, рядом с Самсоном у меня в мозгу вырабатывается гормон, о существовании которого я раньше не догадывалась. Я больше не боюсь, что в любой момент могу сломаться. Наверняка дело тут не только в Самсоне, скорее – в комбинации всего, чего я была лишена. Уютный просторный дом, который не сжирают изнутри термиты. Трехразовое питание. Подруга, которая живет в комнате напротив. Океан. Рассветы. В моей жизни теперь даже слишком много хорошего. От такого передоза счастья потом жди ломки. Но, как сказала Сара, летом надо жить одним днем – сегодняшним. О болезненной части лета побеспокоюсь третьего августа. Самсон решил, что по утрам до моего балкона куда проще и безопаснее добираться по приставной лестнице. Я сижу на своем уже привычном месте и ем виноград из холодильника. Снаружи доносится какой-то шум. Мой самый любимый момент – когда голова Самсона возникает над перилами и он мне улыбается. Хотя наш вчерашний вечер, пожалуй, был даже лучше, чем эти совместные утра. Он все-таки уломал меня залезть в воду, мы долго целовались – и ни одна медуза нам не помешала. «Целовались» – это мягко сказано. Мы ласкали друг друга. Насколько это в принципе возможно в океане, когда не запустишь руки друг другу в плавки, иначе сразу пойдешь ко дну. На самом деле, в течение дня нам с Самсоном почти не удается побыть наедине. Выставлять чувства на всеобщее обозрение мне неловко, а Сара с Маркусом чуть ли не всегда рядом. Самсон появляется на балконе, и мы оба улыбаемся. — Доброе утро! — Привет! Я отправляю в рот виноградину. Он перелезает через перила, наклоняется, быстро целует меня и садится рядом. Достаю из пакета еще одну ягоду и подношу к его губам. Он их не открывает, только слегка улыбается, вынуждая меня вложить виноградину ему в рот. Тогда он обхватывает мой палец губами и медленно вынимает. Прожевывает ягоду. — Спасибо. Так, а можно я весь день буду кормить его виноградом? Он закидывает руку за спинку диванчика, и я слегка подаюсь к нему, не прижимаясь, чтобы он не расценил это как призыв к объятиям. Мы молча любуемся рассветом, и я размышляю о том, какой неожиданный оборот приняла моя жизнь. Я думала, что знаю себя, и мне было совершенно невдомек, что в разных условиях люди могут вести себя по-разному. В условиях, когда вокруг все прекрасно и идеально, я даже сумела обрести душевный покой. Я больше не засыпаю с обидой на всех и вся, почти не злюсь на отца. И, как ни странно, немножко поверила в любовь. Здесь я не скептик, потому что могу посмотреть на жизнь сквозь другое стеклышко. |