Онлайн книга «Напоминание о нем»
|
А если ему это не нравится, он может найти себе другой магазин, потому что я не собираюсь никуда уходить. Я просто не могу. Меня нигде больше не наймут. Я подняла глаза от коробки в его руках и тут же пожалела об этом. Сегодня он казался другим. Может, из-за флюоресцентного освещения, а может, из-за меня. Я старалась не рассматривать его. Но тут, в магазине, он был очень ярко освещен. Это свинство, что под искусственным светом он выглядит еще лучше. Как такое вообще возможно? Но его глаза казались дружелюбнее, рот – еще более манящим, а мне совсем не нравилось, что я хорошо думаю про человека, который уволок меня от дома, где жила моя дочь. Я отошла от ряда с хлопьями, ощущая в горле новый комок. Я передумала: не хочу общаться с ним по-хорошему. Он осуждал меня все эти пять лет. И я не стану уговаривать его переменить мнение обо мне между рядами продуктового магазина, и мне слишком неуютно в его присутствии, чтобы произвести на него хоть сколько-то хорошее впечатление. Я попыталась рассчитать время так, чтобы оказаться занятой, когда он придет на кассу, но карма устроила так, что в этот момент все остальные раскладчики продуктов оказались загружены делами. Меня вызвали к его кассе паковать покупки, что означало – я должна пойти с ним к его машине, разговаривать с ним и вести себя дружелюбно и мило. Я не смотрела ему в глаза, но чувствовала, что он наблюдает, как я раскладываю его продукты по пакетам. В том, что ты знаешь, кто и что покупает себе в этом городе, есть нечто интимное. Мне казалось, что я могу по товарам понять, что представляет собой каждый посетитель магазина. Одинокие женщины покупают много полезных продуктов. Одинокие мужчины покупают стейки и замороженные готовые обеды. Большие семьи покупают сырое мясо и готовят сами. Леджер купил несколько замороженных обедов, стейк, вустерский соус, чипсы, сухое печенье в виде зверушек, фруктовые колечки, молоко, шоколадное молоко и упаковку спортивных напитков. Судя по продуктовому набору, этот одинокий мужчина много времени проводит с моей дочерью. Последними кассир посчитал три банки готовых спагетти. Я даже позавидовала тому, что Леджер знает вкусы моей дочери, и эта зависть выразилась в том, что я засунула эти банки в пакет и грохнула его в тележку с громким стуком. Пока Леджер расплачивался, кассир покосился на меня. Леджер взял чек, сложил его и на ходу убрал в бумажник. — Я сам донесу. — Я должна, – без выражения ответила я. – Так положено. Кивнув, он пошел по направлению к машине. Мне не нравилось то, что я продолжаю считать его привлекательным. Пока мы шли по парковке, я старалась смотреть куда угодно, только не на него. Когда я сидела тем вечером в баре, еще не зная, кому он принадлежит, я не могла не заметить, какие разные люди здесь работают. И это заставило меня уважать хозяина бара. Два бармена, Рейзи и Роман, были черными, одна из официанток – испанкой. Мне нравилось, что Леджер участвует в жизни моей дочери. Мне хочется, чтобы ее растили хорошие люди, и даже притом что я едва знаю Леджера, он кажется очень достойным человеком. Когда мы подошли к машине, Леджер взял упаковку напитков и поставил в багажник, пока я укладывала остальные покупки на заднее сиденье, рядом с детским креслом Диэм. На полу валялась бело-розовая резинка для волос. Сложив все пакеты, я поглядела на нее несколько секунд и протянула к ней руку. |