Онлайн книга «Слишком поздно»
|
Я откидываюсь на спинку шезлонга и вздыхаю, проводя пальцами по волосам. Как можно сидеть тут, зная, что творится в этом доме? — Жаль, нельзя его прямо сегодня взять, – говорю Далтону. — Не нравится мне, как она на тебя поглядывает, – признается, жуя пиццу, Далтон. Он все еще смотрит на заднюю дверь. – Девка-беда. Я подбираю с пола коробку и достаю еще кусочек. — Ревнуешь? – Как можно непринужденней смеюсь в ответ. – Ты пялишь Джесс, когда хочешь. Говорят, Джон не такой жмот, как Эйса. Далтон смеется и качает головой. — Они тут все конченые. Нет, не все. — Думаю, ее можно использовать, – говорит потом Далтон. Я прямо вижу, как в голове у него вращаются шестеренки. — Использовать? — Слоун запала на тебя, – объясняет Далтон, садясь прямо. – Не упускай эту возможность. Подберись к ней поближе. Нам никогда не выяснить про подельников Эйсы столько, сколько, наверное, знает она. Твою мать. Втягивать ее совсем не хочется. — Плохая мысль. Далтон встает со словами: — Не гони. Мысль супер. Эта девка поможет наконец продвинуться в деле. – Направляясь к задней двери, он достает телефон и набирает чей-то номер. Для него использовать женщин в расследовании – раз плюнуть. Он поступает так почти на каждом задании. А мне не хочется следовать его примеру. Но разве меня кто-то спрашивал?.. Глава тринадцатая Слоун — У тебя так быстро стучит сердце, – говорит Эйса и бросает меня на матрас. Еще бы. Это были самые жуткие пять минут в моей жизни. Я не знала, удастся ли обмануть его, но благодаря Картеру, прокатило. — Ты целовал меня все время, что нес через дом, – говорю. – Как ему не ускориться? Эйса ложится на меня сверху, нежно целует, проводит рукой по волосам. Скользит губами по щеке, потом по шее, останавливается у груди и поднимает взгляд. — Ты меня любишь, Слоун? – ни с того ни с сего спрашивает он. Я сглатываю и киваю. Он приподнимается на вытянутых руках. — Ну так скажи это вслух. Изображаю улыбку и говорю: — Я люблю тебя, Эйса. Некоторое время он смотрит на меня, словно у него есть некий встроенный детектор лжи, который сейчас проверяет мои слова на правдивость. Потом медленно опускается и, уткнувшись носом мне в шею, говорит: — Я тоже тебя люблю. Перекатывается на бок и обнимает, нежно гладит по спине. Я уже не припомню, когда Эйса, лежа на этой самой кровати, меня просто ласкал, не трахал. — Только не уходи, Слоун. Не вздумай, сука, меня бросать. Под его свирепым и в то же время полным отчаяния взглядом я цепенею. — Ни за что, Эйса. Он пристально всматривается мне в лицо, а я, лежа в его объятиях, чувствую, как во мне борются любовь и ужас. Он порывисто целует меня, глубоко пропихивает язык, будто говорит этим, что я принадлежу ему целиком. В этом уже нет ни капли нежности. Отстранившись, Эйса дышит тяжело, потом встает на колени, стягивает с себя футболку. — Скажи еще раз, – велит он, снимая футболку уже с меня, а за ней и лифчик. – Скажи, что любишь меня, Слоун, что никогда меня не оставишь. — Я люблю тебя и никогда не оставлю, – отвечаю в надежде, что последнее скоро станет неправдой. Эйса снова впивается губами в мои губы, ведет руками по животу, пока не находит пояс штанов. Его поцелуи такие яростные, что я с трудом успеваю перевести дух, а он не может оторваться от меня, и потому не получается снять штаны. Тогда я приподнимаюсь и раздеваюсь сама, как шлюха, которой для него стала. |