Онлайн книга «Если бы ты знал...»
|
— О чем ты думаешь? — словно почувствовав неладное, Рита привстала с моего плеча и заглянула в глаза. Ее лицо было сосредоточено, а глаза беспокойно блуждали по мне, пытаясь отыскать ответ на заданный вопрос. — Ты сказала, что я должен выжить ради нашего ребенка, — мой взгляд коснулся ее живота, и Рита это заметила. — Скажи, мне это приснилось или ты действительно беременна? Глаза Риты закрылись, и она накрыла мои руки своими, гораздо меньшими, чем мои медвежьи ладони. Это была вся поддержка, в которой я нуждался. — Это реальность, Клайм. Я узнала о беременности в день своего похищения, и эта мысль была единственным стимулом, заставляющим меня бороться за свою жизнь в плену у ирландцев, — она сглотнула и дала себе время отдышаться. — Я не могла потерять его, это была бы убита горем, если у меня отняли и этого ребенка тоже. Я обхватил ладонями ее пылающие щеки, и притянул лицо Риты к себе. Я коснулся языком ее губ, она приоткрыла губы, и ее язык нерешительно встретился с моим. В моей груди раздался низкий гул, когда я почувствовал ее вкус, оттенок мяты и шоколада, невероятно приятный. Это был медленный, чувственный поцелуй. Никакой спешки. Я хотел насладиться каждой секундой рядом с этой девушкой, особенно после того, как узнал о ее беременности. У нас впереди была вся жизнь, но даже вечности будет мало рядом с ней. — Ты — все самое светлое в моей жизни, Рита. Я всегда буду благодарить гребаного Господа за то, что ты никогда не отказывалась от меня. Нас отвлек скрип двери, мы отстранились друг от друга и повернули голову в сторону входящего человека. Моя мать неуверенно просунула голову в палату и, заметив нас, вздрогнула. Рита сжала губы и встала со своего стула. — Она ждала твоего пробуждения, — ее голос звучал сухо и почти враждебно, упоминая мою мать, и я не могу ее в этом винить. Моя семья причинила ей слишком много боли. Рита подарила мне теплый взгляд, но когда она посмотрела на худощавую женщину в дверях, ее глаза заметно посуровели. Рита прошла мимо моей матери и вышла в коридор. Я взглянул на женщину, которая подарила мне жизнь. Смертельная болезнь с каждым новым днем забирала по маленькой частички моей мамы, и я был раздосадован этим фактом. Тонкая, вялая, почти прозрачная кожа обтягивала ее кости, которые теперь заметно выпирали даже под слоем одежды; щеки на лице моей матери впали, губы иссохли, а под глазами залегли темные синяки. Моя мать стала похожей на смерть. — Здравствуй, сынок, — она неуверенно подошла ближе к моей кровати, словно не знала, можно ли ей приближаться ко мне. Моя мать, борющаяся с раком, едва могла стоять на ногах, и то, что она стойко держалась возле моей кровати — многое значило для меня. — Как ты? — Все хорошо. Чувствую себя немного помятым, но ты знаешь, что это пустяки. Она кивнула и вновь посмотрела на меня, словно пыталась что-то отыскать на моем лице. — Я знаю о произошедшем. Мне так жаль. Никто не мог предугадать, что Айзек Браун окажется предателем. Я так рада, что ты жив, сынок. Моя мать не была хорошим человеком, в своей жизни она совершила много мерзких и гадких поступков, но встретившись лицом к лицу со смертью, она покаялась в своих грехах. — Со мной все будет хорошо, мам. Тебе не стоит переживать. |