Онлайн книга «Босс, разреши мне любить»
|
Повисает пауза. — Не решай сейчас, – говорит она. – Утро вечера мудренее. Ложись спать, а завтра мы поедем и просто поговорим с врачом. — Просто поговорим, – повторяю я. — Просто поговорим, солнышко. Она целует меня в макушку и остается сидеть рядом, привалившись спиной к стене, и я снова закрываю глаза. Глава 27 Полина В женской консультации всегда пахнет одинаково: дешевым мылом, чужой тревогой и казенным безразличием. Мама осталась в коридоре, плюхнувшись на пластиковый стул у стены. — Я тут подожду, Полинка. Ты иди, нас вдвоем все равно не пустят. Она выглядит такой маленькой и растерянной в своем оверсайз-пальто. Я киваю. Не хочу говорить. Если я открою рот, из меня польется наружу все то, что я так старательно запирала на замок последние сутки. Я иду по коридору. Ноги ватные, будто я иду по дну моря. В груди – пустота. Боль была вчера, когда я ревела маме в плечо. А сегодня просто выжженное поле. Пепелище. Я приняла решение. Оно тяжелое, как чугунная плита, давит на плечи, но хотя бы дает иллюзию опоры. Хоть и шаткой. Стучу в дверь с табличкой «Кабинет 4». — Заходите, – доносится глухой женский голос. Врач – женщина лет пятидесяти, с усталыми глазами и строгим пучком на голове, даже не поднимает взгляда от монитора. — Садитесь. По записи? — Да. — Что привело? Я сажусь на жесткий стул. Деревянная спинка холодит спину через тонкую ткань водолазки. — Я… – голос предательски хрипит. Я сглатываю, пытаясь выдавить из себя эти слова. – У меня задержка. Тест положительный. Я хочу записаться на прерывание. Врач наконец отрывается от экрана. Смотрит на меня поверх очков. Без осуждения, но и без сочувствия. Просто рабочая рутина. Очередная дурочка. — Паспорт, полис есть? — Есть. – Я тяну дрожащие руки в сумку, роняю помаду, слышу, как она катится по линолеуму. Собираю, кладу на стол. Я не хочу этого делать. Мысль пульсирует в висках, но я загоняю ее обратно, подальше. Я не хочу! Боже, как я не хочу! Но у меня нет выбора. Моя реальность – это когда ты одна, с ребенком на шее, пока мама донашивает своего. Это когда отец твоего ребенка женится на другой и даже не смотрит в твою сторону. Я не потяну. Я сломаюсь. — Ложитесь на кушетку, задирайте кофту, приспускайте штаны. Сначала посмотрим, исключим внематочную, подтвердим срок. Я ложусь на кушетку. Врач выдавливает на датчик прозрачный гель. Я вздрагиваю, когда он касается моего голого живота. — Расслабьтесь. Дышите ровно. На экране загорается зернистое, черно-белое изображение. Врач молчит, водит датчиком, давит сильнее. Я смотрю в потолок, считая трещинки на побелке. Раз, два, три. Сейчас она скажет «записываю вас на четверг», и все закончится. Я выйду отсюда, сяду в машину, и мы поедем домой. — Срок небольшой, – наконец говорит врач. Голос у нее сухой, деловой. – Три недели, может, чуть больше. Плодное яйцо в матке есть. Беременность маточная. Я выдыхаю. Слава богу. Хоть одна проблема снялась. — Да, я поняла. Когда можно… — Подождите, – перебивает она. Ее брови сдвигаются. Она придвигается ближе к экрану, меняет настройки, водит датчиком медленнее, почти нежно, но от этого мне становится не по себе. — Девушка, вы раньше у гинеколога наблюдались? Сдавали гормоны? На УЗИ по-женски ходили? Я моргаю, не понимая, к чему она клонит. |