Книга Измена. Не проси забыть, страница 47 – Лия Верес

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.ec

Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»

📃 Cтраница 47

Я положила простыни поверх журнала.

— Сейчас разберу.

— Инна, я ее уже погладил.

— Я же не кирпичи принесла.

Он поднялся, забрал рубашку из-под моей стопки, надел ее на плечики и унес в шкаф в прихожей. От этого спокойного движения мне стало досаднее, чем если бы он начал спорить. Я вдруг увидела себя со стороны: пришла с бельем в комнату, которую мы пробовали сделать его комнатой, и немедленно установила, где ему сидеть и что обязана выдерживать его выглаженная рубашка.

— Ладно, — сказала я. — Кресло пусть пока будет здесь.

Антон посмотрел на меня.

— Не «пока» из вежливости. Мне правда тут удобно читать.

— Тогда пусть будет здесь.

— Спасибо. А белье давай сложим, оно уже ползет на пол.

Я хотела сообщить, что умею складывать простыни без помощников, но заметила край, который уже свисал с дивана. Подхватила его. Антон взял два других угла, и мы оказались на расстоянии вытянутой простыни друг от друга.

— Ты держишь изнанкой наружу.

— У простыни есть парадная сторона?

— У этой есть шов.

— Сейчас исправлю репутацию.

Он перевернул край. Мы сошлись, передали друг другу углы и снова разошлись. От ткани пахло свежим воздухом. За все эти годы я научилась складывать большое белье одна: прижимала к подбородку, цепляла за спинку стула, подхватывала локтем. Теперь Антон держал свою половину, я — свою, и простыня тихо хлопала между нами.

На второй простыне мы перепутали углы. Получился длинный перекрученный канат. Антон поднял руки, я нырнула под ткань, задела его плечом и рассмеялась.

— Стой. Мы сейчас поженимся на простыне.

— Развязывай, я не подготовился.

— Я тоже.

Он наклонился и поцеловал меня в висок. Я еще держала угол, мешавший ему обнять меня как следует, и не стала сразу отпускать. Поцелуй вышел коротким, почти деловым, но у меня потеплела шея. Я сама повернула к нему лицо.

Потом мы все-таки сложили белье. Я убрала его в свой шкаф и вернулась за чашкой. Антон снова сел у окна. Его ступни были освещены солнцем, на коленях лежала книга, которую он взял с нашей общей полки, а не привез с собой.

— Ты там дочитал про экспедицию? — спросила я.

— Нет. Тут человек три страницы выбирает сапоги. Я его понимаю.

— Он еще шесть страниц будет выбирать проводника.

— Не рассказывай. Может, я за сапоги переживаю больше.

Я присела на подлокотник. Кресло чуть скрипнуло, Антон придержал меня за бедро.

— И газету убери потом, — сказала я, посмотрев на косточки.

— Уберу.

— Это уже не про власть. Это про муравьев.

— Я умею отличать.

В обед позвонила Алиса. На экране было видно часть ее лица и белый край кухонного шкафа; телефон она прислонила к чему-то слишком низкому.

— Мам, сколько вообще может жить открытая горчица?

— Если ты задаешь такой вопрос, лучше посмотри, что написано на банке.

— На банке написано все, кроме того, когда я ее открыла.

— Значит, вы с ней недостаточно близки.

Алиса фыркнула. Антон, проходивший за моей спиной с пустой чашкой, спросил, что случилось.

— Горчица потеряла документы, — объяснила я.

Он заглянул в экран, поздоровался. Дочь сразу повернула телефон выше.

— Привет. Вы дома?

— У мамы, — ответил Антон. — Собираемся гулять, если она закончит экспертизу.

— А ты уже там живешь?

Вопрос прозвучал просто, без осторожного понижения голоса. Антон посмотрел на меня, и я ответила первой.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь