Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
В комнате уже расставили стулья. Около тридцати мест, не ровными театральными рядами, а чуть вразнобой: у стены обходили выступ, возле окна оставили проход. Лидия встретила меня у стола. — Принесли? Я подняла папку. — Все четыре страницы. Проверила больше раз, чем разумно. — Тогда больше не проверяйте. Воду поставили справа, но можно переставить. Я переставила стакан чуть дальше от листов. Мы с Лидией улыбнулись друг другу. Другие авторы тоже пришли. Один перечитывал свои страницы, двое негромко говорили у окна. Я поздоровалась и села рядом. Зрители собирались постепенно. Я не считала каждого входящего; к началу почти все стулья оказались заняты, несколько человек устроились у стены. Пришла Марина, помахала мне двумя пальцами и села во втором ряду сбоку. Я увидела, что она сняла шарф, аккуратно сложила его на коленях и приготовилась слушать. Антона не было. Я знала это заранее и не стала проверять ряд за рядом. На пустой стул у окна сел мужчина с библиотечной книгой под мышкой. Возможно, он просто пришел вернуть книгу и задержался. От этой случайности мне стало легче: не весь зал знал мою биографию. Лидия начала вовремя. Представила четырех авторов, коротко рассказала о студии и попросила оставлять вопросы до конца каждого чтения. Я слушала знакомый голос, видела, как она придерживала программу большим пальцем, и старалась не репетировать первую фразу, пока говорил другой человек. Первый рассказ оказался смешным. Люди смеялись не одновременно: в одном конце комнаты раньше, в другом с короткой задержкой. Я тоже рассмеялась, потом испугалась, что потеряю нужное настроение для своего выхода. Тут же рассердилась на себя. Моему тексту не требовалось, чтобы я просидела полчаса с несчастным лицом. Второй автор читал медленнее, иногда поднимая глаза. Я заметила, как он отмечал пальцем строку, и решила, что тоже могу так делать, если понадобится. Когда Лидия назвала мое имя, я поднялась раньше, чем успела решить, готова ли. Подошла к столу, положила папку, вынула листы. Нижний край чуть съехал, и я выровняла страницы ладонью. В комнате было достаточно тихо, чтобы услышать шорох бумаги. — Рассказ называется «Два ключа», — сказала я. Собственный голос показался мне ниже обычного. Я сделала вдох и начала. Первые строки о ключе, застрявшем на кольце, я знала почти наизусть, но все равно смотрела в лист. Дальше женщина в рассказе собирала вещи после того, как узнала о четырех месяцах обмана. Она больше не хотела искать объяснение каждому несовпадению слов и поступков. «На столе остались две чашки. Свою я вымыла, чужую не тронула. Еще вчера я могла бы назвать это мелкой злостью. Сегодня у меня просто не было причины мыть чужую чашку. Я не оставляла ему послание. Я собирала вещи». Я прочитала эти строки ровно. Раньше, когда пробовала их вслух дома, мне каждый раз хотелось выделить последнее предложение, будто без нажима его не поймут. Сейчас я не выделила. Оно стояло на своем месте. На второй странице я услышала, как кто-то осторожно поставил стакан на пол. Подняла глаза на мгновение, вернулась к листу и потеряла строку. Передо мной оказались сразу два похожих начала. Я произнесла первое слово, остановилась, повторила его — и поняла, что начала не то предложение. |