Онлайн книга «Измена. Не проси забыть»
|
— Знаю. — Не знаешь. Он кивнул. — Не так, как ты. Это правда. Я ждала продолжения. Он не стал добавлять, как ему тяжело и сколько он уже понял. Я стиснула пальцы под столом: злость никуда не делась, а приготовленная фраза теперь не подходила. — Ты хотя бы понимаешь, почему я тебя позвала? Не только в библиотеку. Сейчас. — Думаю, да. Но, наверное, не все. Я потерла пальцем крошку на столе. Восемь лет назад, в первый вечер после ухода, два ключа от съемного жилья лежали у меня на дне сумки. Старый я оставила на столе у Антона. Я помнила не торжество освобождения, а то, как долго искала новую связку у незнакомой двери. Свет на лестнице гас, приходилось шевелиться. Я не могла одновременно удержать сумку, включить свет и попасть ключом в замок. Сейчас мне опять стало стыдно за ту беспомощную возню, хотя тогда я все-таки справилась и открыла дверь. — Я не хочу, чтобы в трудном месте ты каждый раз находил объяснение, почему мне лучше справиться самой. Антон тихо сказал: — Я не говорю, что тебе лучше самой. Я могу быть рядом во многом. Но именно там не могу. Не хочу. Если скажу «не могу», будет похоже, будто меня что-то удерживает. Меня ничего не удерживает. Я не хочу идти. Мне было больно это слышать. И одновременно я понимала, сколько сил он потратил, чтобы не прикрыться работой, расписанием, обещанием товарищу. Я могла спорить с его желанием. Не могла поймать на выдуманной помехе. — А я хочу, чтобы ты пошел, — ответила я. Он кивнул. Чай остыл. Я принесла его чашку к раковине вместе со своей. Антон остался за столом. Когда я вернулась, он смотрел на рисунок на скатерти, проводя ногтем по загнутому уголку бумажной салфетки. — Что с воскресеньем? — спросил он. Мы собирались пройти пешком через старую часть города, выбирать повороты по очереди, не заглядывая в карту. Это была моя затея. Антон предложил запретить на прогулке магазины и разговоры о том, что дома кончилось. Теперь в памяти всплыл не маршрут, а его ладонь на моей пояснице у перекрестка. Захотелось воскресенья с такой силой, что я почти сказала: «Приезжай, а там увидим». — Я не смогу делать вид, что мы договорились, — ответила я. — Я тоже. — Тогда не надо. — Хорошо. В это воскресенье не встречаемся. Он не сказал «вообще не встречаемся». Я заметила это и, кажется, разозлилась еще и на собственное облегчение. — Не потому, что я запрещаю тебе гулять, — добавил он. — Если хочешь, сходи. — Мне не нужно разрешение. — Да. Неудачно сказал. Он встал. Я не предложила остаться еще. В прихожей мы оказались близко друг к другу, и нелепо было делать вид, что наших тел этот разговор не касался. Я видела знакомую ямку у основания его шеи, могла коснуться ее одним движением. Он тоже смотрел на мои губы. Потом поднял глаза. — Я не забираю назад то, что говорил о нас, — сказал он. — Но обещать прийти не буду. — Я услышала. — Ты можешь написать мне. Или позвонить. Я не собираюсь исчезать. — Хорошо. Он надел куртку. У двери остановился, словно собирался меня поцеловать, и не сделал этого. Мне стало обидно. Если бы сделал, я, вероятно, отступила бы и обиделась еще сильнее. После его ухода я долго стояла в прихожей, опираясь ладонью о стену. Потом убрала сухарь и открыла окно на кухне. Холодный воздух принес запах влажного асфальта. |