Онлайн книга «Измена. Не зови меня сестрой»
|
В субботу мы с мамой отправились за тканью. Она сама выбрала время и маршрут, определила, сколько готова потратить. Я предложила заехать сначала в другой магазин, но мама сказала, что там слишком любезные продавцы и слишком дорогие образцы. — Я знаю, как это бывает. Начинают разворачивать, уже неудобно не купить. — Тебе бывает неудобно? — Мне бывает жалко чужого труда. Это не одно и то же. В магазине она попросила показать выбранный рулон, потом велела отнести его ближе к окну. Продавщица терпеливо отмотала ткань. При дневном свете теплый бежевый оказался розоватым, и мама сразу отказалась. — Мне в гостиной не нужна рассветная заря на весь день. Я прикрыла рот ладонью. Продавщица улыбнулась и принесла другой рулон. Мама посмотрела на меня. — Что смеешься? Ты сама цвет на бумаге выбирала. — Я тебе каталог принесла, а не приказ. Мы сравнивали сероватый лен, светлую плотную ткань и материал в тонкую полоску. Мама разворачивала их к окну, щурилась, отходила. Я держала край на вытянутых руках и заметила в зеркале, как похожи наши повороты головы. Мы одинаково щурились, наклонялись к ткани и отступали на шаг. В какой-то момент мама спросила: — Ты на работу уже устроилась? — Договорились. Начну в июне. — Много ездить? — Смотря где буду жить. Одну квартиру собираюсь посмотреть неподалеку. Мама коснулась ткани двумя пальцами. — У меня есть комната. На первое время. — Спасибо. Я хочу сразу отдельно. По деньгам получается. — Тогда смотри, чтобы окна не на мусорные баки. На фотографиях их не показывают. Я кивнула. Это был первый ее совет за долгое время, от которого не хотелось защищаться. Мы выбрали ткань с едва заметной неровной нитью. Мама достала свои записи, проверила ширину, еще раз обсудила длину и сама расплатилась. Я понесла тяжелый пакет до остановки. Она дважды пыталась перехватить пакет за одну ручку, потом согласилась не мешать мне идти. В маленьком кафе возле магазина мы сели у окна. Мама поставила пакет так, чтобы на него не наступили, и начала рассказывать о знакомой, которая перепутала размеры штор и теперь уверяла, что короткие моднее. Я смеялась, а она ворчала на знакомую и все равно смеялась следом. — Ника тоже хотела помочь с выбором, — сказала мама вдруг. Я поставила чашку на блюдце. Мама заметила и быстро добавила: — Я не зову вас вместе. Просто сказала. Мне пока трудно каждое слово проверять. — Не надо каждое. Приглашения ее мне не передавай, пожалуйста. — Не буду. Она посмотрела в окно. Через минуту мама повернулась ко мне. — А эти, старые, я на дачу знакомой отдам. Она просила. — Отдай. Только не говори, что они окончательно сдались. — Они для моей гостиной сдались. Для ее веранды еще поборются. Мы допили чай. Уже на улице мама обнаружила в сумке маленький образец другого цвета, и мы вернулись в магазин тканей. Продавщица сказала, что образцы можно оставлять. Мама все равно положила его на стойку: зачем нести домой лишнее, если выбор уже сделан. Я довезла ее пакет до квартиры и помогла освободить подоконник. На следующей неделе мама собиралась отдать ткань в пошив по записанным размерам, а пока хотела привести окно в порядок. Она уже выбрала мастерскую и записала часы приема. Вечером я достала свой экземпляр договора и еще раз посмотрела на дату. Потом открыла объявление о квартире и договорилась о просмотре. Завтра меня ждали чужие окна. |