Онлайн книга «Диагноз измена. Кардиолог для предателя»
|
— Не успел. Ты запретила. — Молодец. — Не разговаривай со мной как с пятилетним. — Тогда не веди себя как пятилетний. Он закрывает дверь и идёт следом. Отец всю жизнь работал электриком. Сначала на заводе, потом в обслуживающей компании. В шестьдесят пять вышел на пенсию и решил, что теперь имеет право самостоятельно определять, какие болезни заслуживают внимания, а какие можно переждать на диване. Судя по его системе, внимание заслуживает только оторванная конечность. — Рассказывай, — говорю я. — Уже рассказал. — Сначала. Он демонстративно садится за стол. — Пошёл в магазин. — Зачем? — Агния, это влияет на диагноз? — Нет. Просто интересно, ради чего ты сегодня решил меня добить. Отец косится на меня. — За хлебом. — Дальше. — Обратно шёл. Голова закружилась. Слабость какая-то. Присел на лавку. — В глазах темнело? — Немного. — Одышка? Он тянется к чашке. — Пап. — Ну была. — Сегодня первый раз? — Не помню. Он выдерживает секунд пять. — Может, раньше было. — Когда? — Да откуда я знаю? Месяц назад. Два. У меня внутри начинает неприятно холодеть. — При ходьбе? — Когда быстро иду. — По лестнице? — Если на четвёртый этаж без остановки. — У тебя второй. — Иногда к соседу хожу. — На четвёртый? — У него дрель моя. Я встаю. — Одевайся. — Куда? — В больницу. — Нет. — Хорошо. Отец подозрительно щурится. — Что хорошо? Я достаю телефон. — Тогда вызываю скорую сюда. — Агния! — Выбирай. Со мной на машине или с мигалкой. — Ты совсем с ума сошла? — Возможно. Ночь сложная. Он замечает что-то в моём лице. — Что случилось? — Потом. — С Артёмом? Вот удивительно. Муж девятнадцать лет жил рядом и восемь месяцев успешно прятал любовницу. Отец видит меня десять секунд — и уже знает, что дома что-то произошло. — Сейчас речь о тебе. — Значит, с Артёмом. — Пап. Через минуту встаёт. — Только в вашу больницу не поеду. — Почему? — Там все тебя знают. — В этом как раз преимущество. — Нет. Начнёте ходить вокруг меня толпой. — Никто вокруг тебя ходить не будет. — Ты уже ходишь. — Обувайся. Он ворчит до лифта. В машине тоже ворчит. В основном на дорожные ямы, цену бензина и людей, которые «купили права вместе с машиной». Я почти успокаиваюсь. Борис Николаевич не умеет молчать, когда чувствует себя нормально. У больницы он пытается повернуть к центральному входу. — Нам в приёмное. — Я своими ногами пришёл. — И? — Значит, могу сразу к тебе в кабинет. — Нет. — Почему? — Потому что я тебе дочь. Он останавливается. — И что? — И лечить тебя я не буду. — Очень удобно. — Зато правильно. Она выходит из-за двери с папкой в руках, смотрит на отца, потом на меня. — Борис Николаевич? — Здравствуйте. — Что натворили? — Ничего. — Тогда почему Агния выглядит так, будто сейчас кого-то съест? Отец кивает в мою сторону. — Она с утра такая. — Понятно. Значит, состояние привычное. Она едва заметно улыбается. — Пошли, Борис Николаевич. Посмотрим, что там у вас. — А ты? — А я здесь посижу, — говорю. — Почему это? — Потому что ты пациент другого врача. — Отлично устроилась. Он уходит с Мирославой, продолжая возмущаться. Не смотришь монитор, не принимаешь решение, не можешь ускорить лабораторию одним звонком. Просто ждёшь, пока кто-то другой занимается человеком, которого ты любишь. Через минуту телефон загорается. Пишет Артём. |