Онлайн книга «Диагноз измена. Кардиолог для предателя»
|
— Там не дырка. — Вот видишь. Я замолкаю. Вчера я призналась, что мне страшно. Сегодня снова спряталась за привычными словами: обследование, риск, вмешательство. Отец расстёгивает пакет и начинает перекладывать туда носки, хотя они уже лежат внутри. — Ты же сам электриком сорок лет проработал, — говорю я. — И что? — Если автомат в щитке начинает выбивать, ты его изолентой заматываешь и ждёшь лета? Он прекращает возиться с пакетом. — Смотря какой автомат. — Папа. — Неправильный пример выбрала. — Хорошо. Выбирай сам. Он недолго думает. — Если старая проводка работает, её вообще лучше не трогать. — А потом дом горит. — Вот теперь ты нагнетаешь. Из коридора заглядывает Роза Павловна. — Борис Николаевич, за вами через двадцать минут придут. — Пусть не приходят. — Уже идут. — Я отказался. Она переводит взгляд на меня. — Это у вас наследственное? — Что? — Упрямство. — Я всё слышу, — возмущается отец. — Я на это и рассчитывала. Роза Павловна исчезает. Отец ворчит ей вслед: — Командует здесь всеми. — Правильная женщина. — Вас вообще никто не спрашивал. — Я ничего не слышу. Звонит Матвей. — Ты где? — спрашивает он. — У деда. — Он как? — Спорит. Значит, пока неплохо. Вчера вечером я вернулась домой поздно. Матвей сидел за компьютером, перед ним была открыта страница университета, но, судя по одному и тому же экрану, который я видела и через час, ничего он не читал. — Ты сегодня занятия не пропустил? — Нет. — Точно? — Мам, мне восемнадцать. — Очень удобный возраст. Когда надо принимать решения — взрослый. Когда надо убрать чашку — ребёнок. Он хмыкает, но сразу снова становится серьёзным. — Папа звонил. Я прислоняюсь плечом к стене. — Тебе? — Да. — Что хотел? — Поговорить. — Поговорили? — Минут десять. Я не спрашиваю, о чём. У них свои отношения, и я не хочу превращать сына в источник информации о муже. Матвей сам продолжает: — Он сказал, что не хотел, чтобы всё так получилось. — Понятно. — А ещё сказал, чтобы я не вмешивался в ваши дела. — В этом он прав. — Нет, мам. Голос у сына становится жёстче. — Я всё время думаю про тот день возле офиса. — Мы уже обсуждали. — Я знаю. Но после этого было ещё кое-что. Я выпрямляюсь. — Что? — Через пару дней папа спросил, говорил ли я тебе про Жанну. — И что ты ответил? — Что нет. А он сказал: «И правильно, мама опять напридумывает. Там рабочая история». Он проверил, дошла ли ложь до меня. — Мам, если бы я тогда понял… — Ты не должен был понимать. — Но он специально спросил. — Именно. Он взрослый человек и знал, что делает. А ты поверил отцу. Это вообще-то нормальное состояние для сына. — Сейчас звучит глупо. — Сейчас — да. Потому что теперь ты знаешь продолжение. Мимо меня проходит Лев с папкой. — Агния Борисовна, вы сегодня работаете или числитесь родственником? — Пока родственником. — Тогда сочувствую. С пациентами проще. Он уходит. — Кто это? — спрашивает Матвей. — Человек, который пока не знает, насколько он прав. Первый раз со вчерашнего дня. — Ты когда домой? — Не знаю. Деда надо уговорить. — Давай я приеду. — Зачем? — Скажу, что если он сбежит, я поступлю на платное и заставлю его продать дачу. — Это жестоко. — Зато сработает. — Иди учись. — Мам. — Что? Он замолкает на несколько секунд. — Я не хочу с папой пока встречаться. |