Онлайн книга «Лето. Ласточка. Любовь. Мои три Л»
|
— Ну… Я это — как раз хотел у тебя узнать. — сказал он, усаживаясь на кровать напротив и крутя в руках мои наушники. — На фига ты мне сказал, что у Фаины парень? — Ты бы видел своё лицо! — я заржал в голос под пристальным взглядом Сладенького. Ничего! Пусть немного помучается! Не вечно же ему самых лучших девчонок считать своими! Ему полезно! Поймет хоть, что он не сотка баксов, чтоб все его хотели! — Кажется нам стоило кое-что уточнить, хотя я думал, что это было и так понятно, когда я пригласил Фаину на танец. — он кинул наушники мне на кровать и посмотрел исподлобья. — И чё теперь? На ней твоё клеймо? — я изобразил руками растянутый транспарант. — «Не подходить! Она танцевала с Марком Сладковым!». — Кажется мы не так друг друга поняли. — спокойно продолжал Марк, отчего злил меня еще больше — считает себя самым умным, гад! Мол весь правильный такой! Он хотел ещё что-то сказать, но меня уже было не остановить: — Ты может ещё каждой, с кем танцевал, жениться предложишь? Или нет! Постой! Кто там был на фотке — это не Ася и не Фаина — разве ты сам, наш Сладенький, не бегаешь по свиданкам с девчонками? Так почему бы мне тогда не приударить за Асей?! Ах да! Она же тоже твоя собственность! Ведь ты и ей мозги пудришь! — вскочив на ноги, теперь уже я возвышался над его опущенной головой. — Что молчишь?! Сказать нечего?! Марк не стал вставать или поднимать голову а, покачав головой, тихо сказал: — Сядь пожалуйста. И не кричи так, в коридоре будет слышно. — А пусть все знают, что ты девчонкам мозги запудрил, а они и рады! — Никому ничего я не пудрил! — кажется мне удалось вывести его на эмоции, потому что в голосе уже чувствовалось раздражение. Тогда я плюхнулся на кровать Никитоса, как раз напротив Марка, и с вызовом посмотрел в его колючие глаза. — С Асей у нас давно всё кончено, тебе ли не знать. — в его глазах сверкнул подозрительный огонек и по моей спине пробежали мурашки. — Она рассказала, да? — весь мой запал куда-то улетучился и я опустил глаза, не в силах выдерживать больше его взгляд. Но, почувствовав, что пауза слишком затянулась, я поднял глаза и увидел, что его глаза слегка блестели. Нет — он не плакал, и по щеке не стекала скупая мужская слеза — но было в его взгляде что-то, отчего я почувствовал себя неуютно и сглотнул образовавшийся в горле ком. — Нет. — он вскочил на ноги и, хлопнув дверью, вышел из комнаты. Я выругался и опрокинул голову в свои руки. Эта история началась давно — наверное в тот самый день, когда я приехал в этот лагерь впервые. Я тогда ещё не шибко дружил с Никитой, а он не был таким самовлюблённым говнюком, как сейчас. Попросту сказать, мы все были ещё детьми — глупыми мальчишками. Асю я заметил сразу — смуглая кожа, тёмные волосы и большие глаза с невероятно пушистыми ресницами. Она уже тогда была самой красивой девочкой лагеря. На нашей первой «свечке» мы случайно оказались рядом. Тогда ещё все рассаживались как придется, ведь своих соседей по комнате знали плохо, так что держаться было не за кого. Помню как вслушивался в каждое её слово, когда она взяла свечку и рассказывала о себе, а я смотрел на то, как блики от свечи играют на её лице. А затем она передала свечу мне, а я застеснялся и не смог вымолвить ни слова, просто держал в руке свечу и молчал как истукан. Все начали смеяться, показывать на меня пальцем, отчего руки стали дрожать и я чуть не выронил свечу. Тогда Ася подхватила свечу и сказала остальным: |