Онлайн книга «После нас ничего не осталось»
|
— То есть ты тешил свое самолюбие за мой счет? — Тебе меня никогда не понять! — И слава богу. Я не стану такой гнидой, как ты. Придвигаясь к отцу ближе и говорю тише: — Надеюсь, на том свете ответишь за все дерьмо, что сотворил за свою жизнь. — Да ты и сам сынок, не ангел. — Это так, и я отвечу в свой срок. Мы с отцом замолкаем. Я смотрю в его серое, болезненное, морщинистое лицо с тяжелыми чертами. Он лежит неподвижно, только глаза блуждают по моему лицу. — Что смотришь? Бери пушку да стреляй. — И даже не заставить тебя мучиться? Как я могу? — спрашиваю наигранно-весело. — Я уже мертв, неужели не видишь. — О, я вижу и с удовольствием созерцаю это. Уверен, ты получил болезнь в награду за свои деяния. Отец морщится — скорее всего, капельница была с обезболивающим, и оно перестало действовать. — Хочешь, расскажу тебе историю напоследок? — Просто пристрели меня. — Когда ты сдохнешь, я выйду вот за эту дверь и сдам все, что у меня есть на тебя, безопасникам. Всех твоих людей и партнеров, которые до последнего поддерживали тебя, — их, кстати, осталось удивительно мало, не так ли? Не чудесно ли не старости лет остаться брошенным всеми — сыном, друзьями… Что, не спасли тебя бабки и власть, выходит? Хотя о чем это я. Вся твоя империя, выстроенная на костях, канет в бездну, а тебя забудут. Хоронить тебя я не буду. Тебя сожгут за счет государства и выкинут пепел в мусор — туда, где тебе самое место. У тебя не будет могилы и памятника, люди забудут твое имя, никто и не вспомнит о тебе. А я… я буду счастлив с Тамарой. Я сделаю все, что только в моих силах, чтобы она простила меня. Снимаю маску с отца. Он округляет глаза. — Пристрели меня. — Смотреть, как ты мучаешься, гораздо приятнее. Тамара мучилась десять лет, потеряв все. А ты помучаешься так мало… всего лишь несколько минут. Какая жестокая несправедливость. Отец хрипит, на лбу выступает испарина, глаза округляются. Он хочет что-то еще сказать, но больше не может. Наверное, я такой же жестокий, как и он, сын недалеко ушел от отца. И да, я тоже заслужил наказание, и получу его в свое время, а до тех пор буду отмаливать свои грехи и, может быть, смогу получить отпущение хотя бы нескольких из них. Отец умирал, открывая рот в попытке мне что-то сказать. Я смотрел на его уход, не чувствуя облегчения на душе. Он так и умер — с открытыми глазами и не прозвучавшей последней фразой, унося ее с собой. Глава 59 * Тамара * Я спала в гостиной. Прилегла на диван и словно отключилась. С тихим стоном поднимаю голову с неудобной подушки и сажусь на диване, осматриваюсь. Из кухни доносятся звуки — шипение, работает кофемашина. Лицо до сих пор болит, губа опухла, да и бровь тоже. Наверняка там расплывается синяк. Надо бы сходить посмотреть, но я так и остаюсь сидеть, чувствуя себя разбитой. Илья уехал. Куда, естественно, не сказал, а я не стала спрашивать, но по увеличившейся численности охраны могу сделать вывод, что намечалось что-то серьезное. По виду мирно расхаживающих под окнами охранников я могу сделать еще один вывод — ночью не было никаких происшествий. Кое-как поднявшись с дивана, плетусь к себе в спальню. Тело болит, лицо не меньше. Я принимаю душ, он помогает освежиться. Переодевшись в теплый спортивный костюм, спускаюсь на кухню. |